«НОВАЯ» ЖИВАЯ (novayagazeta) wrote,
«НОВАЯ» ЖИВАЯ
novayagazeta

Category:

Забытая рота

Многие из воевавших в Афганистане солдат и офицеров до сих пор не получили от Родины заслуженные боевые награды.

В редакцию пришло письмо из Екатеринбурга от Петра Магдалины, бывшего бойца 1-й парашютно-десантной роты 357-го полка, вошедшего в Афганистан в числе первых. Собственный корреспондент «Новой газеты» по Уралу встретился с Петром, ныне руководителем автомобильной фирмы. Публикуем его рассказ о боевых товарищах, представленных к наградам и не получивших их.






Петр Магдалина, наши дни. Фото автора

– Не смерть страшна, а забвение. Сегодня бойцы, прибывшие в Афганистан первыми, оказались как раз на грани забвения. Афганская война оставила в истории нашей страны немало забытых воинов.

Меня призвали в армию в мае 1979 года в Алма-Ату. Распределили в Витебскую воздушно-десантную дивизию. 11 ноября 1979-го полк подняли по тревоге и вывезли в «теплый лес» (так называли лес у аэродрома «Северный»). Теплым он, конечно, не был: портянки к сапогам примерзали. Нам не говорили, что готовят в Афганистан. И мы не догадывались.

Первые три дня в «теплом лесу» не было даже палаток. Днем мы занимались тактикой, а вечером и ночью грелись у костров. Когда привезли палатки, еще два дня мы проспали в них на лапнике. И только потом привезли буржуйки.

Слухи о том, что поедем «в жаркие страны», появились в конце ноября. Но официально об Афганистане объявили только 23 декабря. В этот день нас снова подняли по тревоге, и на аэродроме «Северный» мы увидели, как заходят на посадку самолеты Ил‑76.

Подразделения распределились по самолетам, погрузили технику и полетели. Приземлились в Балхаше (Казахстан). Всех завели в металлический ангар, где была расстелена солома, и дали поспать три часа. Потом покормили в солдатской столовой, построили на аэродроме.

Вышел командир дивизии Рябченко и объявил: летим в Афганистан, домой просьба ничего не писать. И я потом так и писал: нахожусь в Белоруссии, празднуем Новый год…

В Афгане сели на аэродром «Баграм». Десантирование проводилось редким на тот момент посадочным способом. Самолеты летели вереницей, один за другим.

Я вышел из самолета и увидел зарево. Подумал, что вулкан извергается. Наутро узнали, что один из наших самолетов врезался в скалу. А в нем три бензовоза было и рота обеспечения, 30 человек. Все погибли.

27 декабря наш полк получил задачу выдвигаться на Кабул. От базы в Баграме это километров 90. Перед ротой поставили задачу обеспечить отход.

Я был гранатометчиком, нужно было окопаться — ​окоп для гранатомета положен огромный, чтоб реактивная струя не достала. А подо мной сплошной камень. И за отведенное время выкопал лишь небольшую лунку.

Полк двинулся, и по нам тут же открыла огонь зенитная батарея афганской армии (на тот момент далеко не все подразделения были поставлены в известность, что к ним идет «интернациональная помощь». — Ред.). Бой длился недолго: высоту, с которой велся огонь, наши парни быстро заняли. Ранило лишь одного прапорщика.

А Кабул встретил нас «фейерверками». Никакого праздника — ​просто повсюду стреляли, и казалось, что город в огнях. В этот день «мусульманский батальон» спецназа ГРУ и 9-я рота 345-го полка штурмовали дворец Амина.

Десантники брали министерство обороны, МВД и другие объекты. Нам дали приказ закапывать свои БМД. Сказали, что скоро пойдут какие-то танки, и нужно встать у них на пути. Внутри кольца из БМД был расположен советский узел связи, а мы держали оборону.

На три дня мы остались в закопанных машинах, без связи с полком, без еды. О нас узнали жены советских офицеров. И они несли нам пищу ведрами. Красивые женщины, с детьми. А мы перед ними в грязи… До сих пор стыдно.

В Кабуле мы охраняли резиденцию маршала Соколова, затем Симитхан — ​микрорайон, где проживали семьи советских военнослужащих. Только в мае 1980 года батальон начал участвовать в боевых операциях. И с тех пор мы из боев не вылезали. Сначала воевали в окрестностях Кабула, потом в провинции Газни, потом в Герате. Осенью нас отправили в Джелалабад на серьезную операцию — ​штурм Амбера. Так называли находящийся в горах учебный центр моджахедов. Говорили, что в феврале туда уже ходил 17-й полк и потерял там целую роту.



Провинция Кунар. Чистка оружия

Выбрали мы темное время суток, чтобы остаться незамеченными. Вышли вечером и шли всю ночь. А Амбер фактически оказался подземным городком, домов там не было. Представьте: гигантский камень, а под ним ходы, лазы, помещения, где учат боевиков.

Утром начался бой. С той стороны заработал пулемет, наши прижались к земле. Сначала подавить точку решили огнеметом, но капсула до пулеметчика даже не долетела. Пришлось мне стрелять, хотя и нельзя было: сзади была скала, и меня неминуемо бы задело реактивной струей от выстрела. Я все равно выстрелил, получил контузию, потерял сознание. Потом два месяца в ушах звенело. Но пулеметчика уничтожил.

Вообще в тот день по разведданным в Амбере должно было быть около 200 человек. А было намного больше. Нас же было две неполных роты, человек 150.

С другой стороны горы нам на помощь должна была подняться пехота. Но они так и не пришли, сил не хватило. Помогли «вертушки» и бомбардировщики. Они сумели выкурить моджахедов, и мы заняли Амбер, не потеряв ни одного человека. Как сейчас помню: нашли там склад с едой. Конфеты клали в рюкзаки горстями. Нашего комбата Владимира Воронцова за эту операцию представили к званию Героя Советского Союза. Но ничего ему в итоге не вручили.

Первым в нашей роте погиб Николай Данилиди. 9 ноября 1980 года мы возвращались с очередной операции. У населенного пункта Алингар колонну обстреляли. И.о. командира роты Егоров отправил в аул для прочесывания группу. Через некоторое время мы услышали, что завязался бой. Ребята запросили подкрепление. Егоров сформировал вторую группу из двух взводов, с гранатометчиками. Одним из них и командовал Данилиди. Я был среди них. Мы встретили первую группу и преследовали противника по указанному направлению. По следам крови было понятно, что среди них раненый.

С нами в этой операции участвовало подразделение афганской армии. Когда по следам крови мы вошли во двор дома, расположенного перед руслом реки, за которой начинались заросли кустарника и деревьев, один из афганских солдат изготовился к стрельбе лежа у маленького бруствера. И вдруг где-то рядом раздался выстрел. Солдат погиб. Через некоторое время на это же место лег другой афганский солдат (место действительно было удобным для стрельбы), и его тоже убили сразу. Я находился рядом и поочередно ползком оттаскивал убитых. Думал, может быть, они еще живы.

В поисках снайпера взвод отправился в брод за реку. Вскоре получили приказ возвращаться: тяжело ранен Николай Данилиди. Николай докладывал обстановку старшему лейтенанту Егорову, но во время доклада подошел к тому же месту. И снова прогремел выстрел, Николая ранило. Стало понятно, что стреляли не из-за реки, а откуда-то из дома. Все искали снайпера, проверяли все в доме и вокруг. Казалось, проверили все что могли, но тщетно. Вдруг на краю участка мне в голову уперся автомат.

Бабушка моя в те годы ходила в храм, пела на клиросе. Может быть, это ее молитвы меня сберегли: дали мгновение, чтобы упасть и откатиться из зоны обстрела. Ребята перебросили мне гранату РГД‑42, я ее кинул в место засады.

Раненого Николая Данилиди мы вынесли к колонне, вызвали вертолет. Больше мы его уже не видели, он умер в госпитале. Колю посмертно представили к ордену Красной Звезды. Но даже посмертно он награды не получил.

Я всегда вспоминаю с гордостью сержанта Алексея Суворова, командира 3-го отделения 3-го взвода. На операции в Баграме он получил ранение правой ноги, вынесло косточку в стопе. После госпиталя имел возможность списаться из армии. Но вернулся в роту со словами: «Мужики, ну как я без вас?» И еще более года служил с нами без скидок на ранение. Мы демобилизовались вместе в мае 1981 года. За ту операцию Алексей был представлен к ордену Красной Звезды. Но не получил его.



Дембель. На дороге из Джелалабада в Кабул



В распоряжении «Новой газеты» оказались и воспоминания командира 3-го взвода 1-й парашютно-десантной роты 357-го полка Александра Романовича. Он тоже много рассказывает о ненагражденных однополчанах.


— Май 1980-го, наша первая боевая операция в провинции Кабул. Моему взводу поставлена задача после удара авиации блокировать и уничтожить выбитого с вершины противника. Расположив взвод попарно на удалении прямой видимости, даю команду на прочесывание горного хребта. Увидев в бинокль противника, предупреждаю по радиосвязи связку Сергея Сапрыкина и Сергея Пиндика, и они из двух пулеметов уничтожают троих вооруженных моджахедов. Остальные начали спуск вниз, их перехватываю я, сержант Александр Носань и Николай Охримчук. Нескольких уничтожили, двоих взяли в плен.

После этой операции указанных бойцов я представлял к награждению медалью «За отвагу», меня представили к награждению орденом Красной Звезды. Наград не получил никто.

30 октября 1980 года мы возвращаемся с операции после уничтожения банды, совершавшей налеты на трассе Кабул — ​Джелалабад. При проезде моста разведывательно-дозорная машина сбивает в реку боевую машину десанта механика-водителя Сергея Христолюбова. Он не только успевает заглушить машину во время полета в реку, но и вытаскивает из нее нескольких тонущих бойцов.

Сергей Христолюбов был представлен к награждению орденом Красной Звезды, но награду не получил.




Вспоминает Романович и о Петре Магдалине, который нам о себе ничего не рассказывал — только о товарищах.


— 9 ноября 1980 года, когда был смертельно ранен Николай Данилиди, к награждению орденом Красной Звезды были представлены сержант Виктор Легостев, с двумя бойцами уничтоживший группу моджахедов, незаметно вышедших в тыл нашей роты, и ефрейтор Петр Магдалина, обнаруживший место, откуда велся огонь, убивший Данилиди. Представления реализованы не были.




Ряд офицеров, в чьем подчинении находилась 1-я рота, засвидетельствовали факт представления бойцов к наградам и факт их ненаграждения нотариально. Это начальник штаба 357-го полка Вячеслав Варушинин, начальник штаба 1-го парашютно-десантного батальона Александр Пузычев, командир 1-го батальона Владимир Воронцов, командир 1-й роты Александр Калинушкин. Последний, как следует из воспоминаний его сослуживцев, и сам неоднократно был представлен к наградам, но не получил их. За себя Александр Калинушкин не просит.


Иван Жилин
спецкор



P.S.

«Новая газета» направила в Министерство обороны РФ список из трех десятков военнослужащих 1-й роты, не получивших от Родины наград. Мы просим военное ведомство в 30-летнюю годовщину вывода войск из Афганистана найти их представления и, даже если таковые не сохранились, рассмотреть возможность наградить солдат и офицеров, достойных боевых орденов и медалей. Сами бывшие служащие первой парашютно-десантной роты просят обратить внимание на историю с ненаграждением воинов-афганцев лично президента РФ Владимира Путина.

P.P.S.

Военнослужащие первой роты не получили наград, но издали книгу о своем боевом пути. В ней есть свидетельства героизма и других воинов-афганцев.


Subscribe

promo novayagazeta 14:01, friday 4
Buy for 1 000 tokens
Вышел очередной номер Той самой «Новой газеты», который вы можете скачать и распечатать по ссылке https://bit.ly/tsng_024 Немного о содержании этого выпуска: Начинается этот номер с деприватизации. А ведь в русском языке давно есть уже годные названия: отжим, грабеж……
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments