«НОВАЯ» ЖИВАЯ (novayagazeta) wrote,
«НОВАЯ» ЖИВАЯ
novayagazeta

Category:

«Это для меня было страшнее боя...»

Монологи людей, воевавших в Чечне, Донбассе и Афганистане.

«Мне сказали: или возглавляй ПВО, или — назад в Россию»

Владимир Муратов, бывший командующий войсками противовоздушной обороны ЛНР, — о трех причинах участвовать в войне




Владимир Муратов. Фото из архива


— На поездку в Донбасс я решился летом 2014 года. Мне было 24. Вдохновил меня мой друг Ростислав Журавлев, журналист из Тюмени, сторонник Эдуарда Лимонова. Он видел «крымскую весну», затем был в Донбассе, участвовал в штурме Луганской областной государственной администрации, и все это в красках расписал мне на семинаре комсомола КПРФ Уральского федерального округа.

Для себя я выделил три причины ехать на войну. Во-первых, хотел попробовать свои силы: в вузе у меня была военная кафедра, и многое в уставе казалось мне лишним; на войне же выяснилось, что ничего лишнего там нет. Во-вторых — идеология: мой дед служил в 40-й уральской добровольческой танковой дивизии. Сражался против нацизма. Как мы могли допустить нацизм у себя под боком? Ну и третье — меня поразили случаи, когда украинские снаряды разрывались на территории России — в Ростовской области. Был даже погибший. Это, считаю, агрессия против нашей страны.

В августе 2014-го в Екатеринбурге депутаты Законодательного собрания — Максим Серебренников, Елена Кукушкина — сформировали гуманитарный конвой. Я решил его сопровождать. Многие конвои в то время банально пропадали по пути: когда машины выезжали из региона, их содержимое отправлялось на продажу — коррупция. Наш конвой направлялся в город Донецк Ростовской области. Груз — дизельные генераторы, бронежилеты, медицинские инструменты — предназначался батальону Алексея Мозгового («Призрак»).

С людьми Мозгового мы встретились вскоре после прибытия в [ростовский] Донецк. На следующий день я сам пересек границу России на КПП «Изварино». Пограничникам сказал, что еду на рыбалку. Они посмеялись. Конечно, они понимали, зачем я еду в Донбасс. К тому времени там уже было очень много наших людей. Да, есть 359-я статья УК «Наемничество», но, честно, я не один раз общался с нашими пограничниками. Большинство из них после общения руку пожимают. Если бы не были при исполнении — тоже собрались бы и поехали.

В ЛНР со стороны населенного пункта Изварино меня встретили представители «Интербригад» — это воинские формирования сторонников Лимонова. Сразу же дали автомат Калашникова, боекомплект к нему.

Я попал во вторую роту. На тот момент распределение производилось по принципу «я его знаю». Меня представили командиру с позывным Якут. Он как раз формировал спецназ 1-го батальона «Заря».

Но прослужил я у Якута недолго, всего два дня. При поступлении на службу бойцы заполняют анкеты, и я указал, что до приезда в Донбасс учился на военной кафедре, специализировался на противовоздушной обороне. И через два дня меня вызвали в Луганск, в штаб ополчения. С начальником штаба Сергеем Козловым (ныне премьер ЛНР.И. Ж.) у меня состоялся довольно жесткий разговор. Он заявил, что раз я специализируюсь на противовоздушной обороне, то должен буду сформировать силы ПВО республики. Я ответил, что не имею должного опыта и навыков работы на подобных должностях. Тогда он спросил: «Ты сюда приехал помогать или нет?» Я стоял, молчал. Хотел сказать, что готов помочь, но посильно. Он сказал: «Если отказываешься, собирай вещи, едь обратно в Россию». В итоге я согласился. И с 1 сентября 2014 года занял должность начальника войск противовоздушной обороны ЛНР.

Сами войска противовоздушной обороны официально были созданы несколько позже — 9 сентября. Полевые командиры, в принципе, охотно откликнулись на создание в своих батальонах подразделений ПВО, потому что у многих были на вооружении зенитные установки калибра 23 мм. Были созданы взводы ПЗРК, вооруженные комплексами «Игла» и «Стрела». Оружие мы находили на брошенных складах ВСУ. После создания объединенной армии юго-востока был образован зенитно-ракетный дивизион из 250 человек, которые подчинялись непосредственно мне. В Луганской народной республике также были сформированы три отдельные мотострелковые бригады, в каждой из которых были зенитные батальоны — 130 человек. Подразделения, ориентированные на борьбу с авиацией, были созданы в танковых и артиллерийских батальонах.

Я не был чисто штабным офицером. Участвовал в боях. Благодаря нашему телевидению все знают о сражениях за аэропорт Донецка. Но в Луганске тоже был аэропорт. К середине сентября 2014 года его контролировал серьезный отряд ВСУ — около тысячи человек. С ними были военные советники из стран НАТО. Мы вели бои за аэропорт силами 2-й и 4-й отдельных мотострелковых бригад.

В ночь или с 13 на 14 сентября, или с 14-го на 15-е у нашего командования возникла идея накрыть территорию аэропорта артиллерией и под ее прикрытием подвезти к зданию автомобильную цистерну с горючим. 5 тонн. Вылить туда пять тонн горючки и поджечь. На эту операцию были брошены практически все силы, но реализовать ее не получилось: в машину, которая до аэропорта не доехала буквально 300 метров, попал снаряд. Чей — неизвестно: мог быть как украинский, так и наш, у наших ведь опыта почти не было. Водитель погиб.

Хорошо запомнил я вооруженные столкновения за населенный пункт Металлист. Там высота — 365 метров. Удобная точка для контроля за окрестностями. Пехоты не хватало, поэтому высоту с автоматами брали артиллеристы и зенитчики. Сначала ее взял батальон «Дон». Но на следующий день их выбили оттуда с помощью химической атаки — украинская сторона использовала хлор. Однако и украинцы больше дня там не продержались — мы вернули высоту себе.

Наше наступление на Донбассе было остановлено Минскими соглашениями. Населенный пункт Счастье, который мы уже готовы были брать, так и остался под контролем ВСУ.

Россия, к сожалению, сдала Донбасс. Хотя я убежден, что мы могли идти до Киева. Никакой войны с Западом при этом не случилось бы. Почему наша страна не признала результаты референдумов в ДНР и ЛНР — я также не знаю. Стоило признать, как в Крыму.

29 декабря 2014 года я уехал из ЛНР. Свою должность оставил Олегу Анащенко, тоже специалисту по ПВО, бывшему полковнику ВСУ. После этого был в Луганской республике еще дважды, но эти поездки были не столь продолжительны.

Мне кажется, что дальнейшая судьба республик — автономия. У них будут свои органы управления, но территориальная целостность Украины формально будет сохранена.


читать полностью

Subscribe
promo novayagazeta 10:29, yesterday 12
Buy for 1 000 tokens
Аскольд Иванчик, историк, археолог, член-корр. РАН и Академии надписей и изящной словесности (Франция) — о горячих точках и взрывоопасных идеях. — Давай начнем с самого раздражающего. Очень много сейчас рассуждений о том, что, мол, как это — те же самые люди, которые были…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments