«НОВАЯ» ЖИВАЯ (novayagazeta) wrote,
«НОВАЯ» ЖИВАЯ
novayagazeta

Category:

Силовики-вредители

СК не давал клятву Гиппократа. По делу о хищении вырубили серверы крупнейшего стационара Петербурга.

В Елизаветинскую больницу в Петербурге 20 февраля в три часа дня нагрянула следственно-оперативная группа. Чтоб изобличить администрацию стационара в особо крупном мошенничестве, а именно — в хищении 18 миллионов рублей при госзакупке программного обеспечения. Для этого следствию непременно понадобилось на полдня отключить больничные серверы. А те обеспечивают работу единой системы, которая связывает рабочие места врачей, лаборатории, диагностические кабинеты, приёмный покой — главные узлы стационара.

Елизаветинская (Городская больница святой преподобномученицы Елизаветы) — это стационар «скорой помощи». Ежедневно сюда привозят в среднем 300 человек с инфарктами, инсультами, травмами, помощь требуется не просто скоро, а экстренно. В тот день ещё 1300 человек лежали в больничных палатах, из них восемьдесят — в реанимации. Больница состоит из девяти 9-этажных блоков общей площадью 55 тысяч метров. Система, которую потребовал отключить сотрудник Следственного комитета, даёт возможность медикам в разных концах здания быстро обмениваться информацией о состоянии больного и оперативно принимать решения, а не носить бумажки по разным концам здания.

— Сначала следователь сказал, что для проведения доследственной проверки им необходимо получить наши бухгалтерские документы, контракты и так далее, — рассказывает главврач Елизаветинской больницы Сергей Петров. — Это не проблема, мы им всё предоставили. Дальше они захотели скопировать информацию с наших серверов.

Для снятия информации с больничных серверов их почему-то потребовали обязательно отключить.

— Я спрашиваю: а как мы будем работать? Как же больные? — продолжает Сергей Петров. — Следователь сразу повышает тон: вы что, хотите противодействовать следственным действиям? Это статья такая-то, пункт такой-то. Я прошу: никто вам противодействовать не собирается, но давайте найдём какой-то вариант, который не помешает лечебному процессу. «Меня это не волнует, больные — это по вашей части», — отвечает следователь. При этом присутствовал заместитель председателя комитета по здравоохранению. Он попробовал объяснить следователю: это больница «скорой помощи», сюда каждую минуту привозят тяжёлых больных.

Но главное для нас на сервере — это онлайн-лаборатория. Здание огромное. Бегать в лабораторию за бумажками — полдня уйдёт, у нас просто не хватит сотрудников.

С полчаса представители правоохранительной бригады спорили с медиками, но те упрямились и почему-то не хотели оставить больных без экстренной помощи. Наконец, следователь вроде бы нашёл компромисс: пообещал, что серверы вырубят не больше чем на 15 минут, что-то там переключат, а потом всё снова заработает.

— Мы послушно выключаем, частично переводим лабораторию в ручной режим, — описывает дальше события главврач. — Полностью перевести — это процесс очень длительный. Через 15 минут приходим: можно включать? Нет, говорят, ещё часа три-четыре. Я спрашиваю: как же так, вы же обещали? А мы, говорит следователь, вам сразу приказывали отключать. В результате некоторые анализы мы даже распечатать на принтере не могли. Медсёстры бегали в лабораторию, переписывали цифры с экранов ручкой в блокнот, а потом бежали блокнотом через всю больницу. Так мы работали с 16 часов до полтретьего ночи.

Как врачи получали результаты ЭКГ и УЗИ — вообще трудно представить. Тем временем в приёмном покое ждали новые и новые больные. Они не могли получить помощь просто потому, что врачей лишили инструментов для быстрой диагностики.

По словам доктора Петрова, скопировав данные с серверов и изъяв бумажные документы, следственно-оперативная бригада удалилась, не оставив ни одного протокола.

Что это было

В декабре в Елизаветинскую больницу пришла с проверкой прокуратура Санкт-Петербурга. Проверяли исполнение госконтракта на «развитие медицинской информационной системы… в целях реализации задач регионального проекта «Создание единого цифрового контура в здравоохранении на основе единой государственной системы». Стоимость закупки — 18 миллионов рублей. По итогам внедрения системы она должна «принимать» пациента с момента записи к врачу, вести электронную историю болезни, вносить туда все обследования и анализы, выставлять счета страховым компаниям, выполнять массу других задач, а потом интегрировать всё это в общую базу данных. Смысл в том, чтобы в любой больнице, где есть подобное оснащение, врач мог увидеть анамнез пациента, если тот прежде лечился в других клиниках.

Елизаветинская больница приняла работы у исполнителя 29 ноября 2019 года. И уже через две недели прокуратура знала, что именно этот контракт надо бы проверить.

Проверка длилась 2 месяца. Прокуратура увидела в сделке признаки мошенничества в особо крупном размере со стороны администрации медучреждения. По версии надзорного органа, руководство больницы договорилось с поставщиком, компанией СП.АРМ, об установке дорогостоящего программного обеспечения. Но обеспечение это, решили в прокуратуре, оказалось всего лишь «обёрткой» к очень правильной и вообще прекрасной системе, закупленной прежним руководством. Поэтому 18 миллионов, решили ревизоры, украдены. И 14 февраля прокуратура передала материалы в Следственный комитет.

Тот начал доследственную проверку с визита в больницу, отключил единым махом всю систему и в интересах следствия поставил под угрозу здоровье полутора тысяч пациентов.

Что работало и что не работало в больнице

В 2014 году главврач (на тот момент) Елизаветинской больницы Евгений Гуманенко подписал контракт с ООО «Брэйн Системс» на «адаптацию, внедрение и сопровождение прикладного программного обеспечения «Интегрированная финансово-информационная система ОМС». По данным сайта госзакупок, сумма контракта — 550 тысяч рублей. На тот момент «МедСфера», так называлась программа, была довольно продвинутой. Она умела регистрировать пациентов, учитывать время, проведённое больным в стационаре, и выставлять счета страховым компаниям. Как следует из техзадания, система охватывала регистратуру больницы и поликлиники, отдел статистики и экономистов. То есть была, по сути, не медицинской, а, скорее, статистической. Но большего тогда и не требовалось.



Фото: РИА Новости

В 2015 году главврачом Елизаветинской больницы был назначен Сергей Петров. Он ежегодно заключал с «Брэйн Системс» новые контракты — как это обычно и бывает, на техническое сопровождение программы. В общей сложности, по данным сайта госзакупок, к 2018 году на неё потратили около 10 миллионов рублей. К этому времени появились новые требования, которым должна была соответствовать система, в частности, её надо было «научить» вести электронные истории болезней, передавать данные анализов и диагностических процедур. Больница обратилась к «Брэйн Системс» с предложением доработать «МедСферу».

— У нас был выбор: попробовать существующую систему или переходить на новую, — объясняет Сергей Петров. — В больнице две тысячи сотрудников, в день привозят 500 больных, в течение года в стационаре находятся круглосуточно 105 тысяч человек. Перевести всё это в новую систему по мановению волшебной палочки невозможно, процесс очень длительный. А развить существующую систему — процесс почти безболезненный.

Поэтому больница провела новый тендер — на модернизацию системы. Участвовали две компании, победила закономерно «Брэйн Системс». Работы должны были обойтись в 14 миллионов рублей. Процесс разделили на 4 этапа.

— На протяжении трёх этапов они что-то делали, — признает Сергей Петров. — Но поскольку комплекса целиком не было, невозможно было оценить его работоспособность. Кусочек показывают — вроде в компьютере что-то заполняется.

На четвёртом этапе, осенью 2018 года, к «пазлу», который представляла собой «МедСфера», надо было подключить сложный модуль лабораторной информационной системы (ЛИС). В неё автоматом попадают результаты анализов пациентов, она контролирует лабораторное оборудование, следит за расходными материалами, ведёт их учёт и так далее. И на этом процесс застопорился.

— ЛИС должна иметь сертификат медицинского изделия, иначе её использовать нельзя, — говорит Сергей Петров. — И вот проходит октябрь, наступает ноябрь — ЛИС нет. То есть систему надо разработать, а потом ещё сертифицировать, а это полгода-год. Плюс — общая картина, состыковка всех модулей системы не складывается: половина функций не работает, то печать не идёт, то диагнозов нет. В общем, не работает. Мы всё это обсуждаем с представителями компании, и они соглашаются: да, говорят, последний этап мы не закроем.

По документам на сайте госзакупок, 20 ноября 2018 года Елизаветинская больница и «Брэйн Системс» подписали соглашение о расторжении контракта. Из 14 миллионов рублей к этому моменту «Брэйн Системс» отработала девять. Но скоро, говорит главврач, выяснилось, что проблемы с первыми тремя этапами нарастают.

— Мы видим, что сыплется даже то, что они вроде бы сделали, — разводит он руками. — Пропадает то одна функция, то другая. То есть даже то, во что вложены деньги, разваливается.

Поскольку гарантийный срок не закончился, мы выставили «Брэйн системс» претензию. Попросили их приехать и наладить. Но ребята просто пропали.

Единый контур

Наступил 2019 год. В рамках нацпроекта «Здравоохранение» появилось требование постепенно подключать больничные системы к «единому цифровому контуру». Проще говоря, вести электронные истории болезней и создавать единую базу данных о пациентах, чтобы врач имел максимально информации о больном.

— Нам впервые выделили бюджетные деньги на информационные программы, — рассказывает Сергей Петров. — Комиссия Медицинского информационно-аналитического центра при комитете по здравоохранению поехала по медучреждениям, чтобы дать оценку: можно ли существующие системы привести в соответствие с требованиями единого цифрового контура. Приехали к нам и дали заключение: «МедСфера» не годится.



Фото: РИА Новости

В сентябре 2019 года больница объявила новый тендер на разработку системы. Заявки подали две компании. Первая, ЗАО «СП.АРМ», как сказано на её сайте, специализируется именно на «разработке ИТ-решений в сфере здравоохранения». Свой пакет qMS она поставляет в клиники, судя по данным СПАРК, с 2011 года. В Петербурге, согласно сайту госзакупок, она устанавливала системы Центр имени Алмазова, Медуниверситет имени Павлова, Центр экстренной и радиационной медицины МЧС, в Детскую горбольницу № 1. По стране у компании заключено больше шестисот контрактов, связанных с qMS.

Вторым участником заявилась, как ни странно, «Брэйн Системс». Но её не допустили к участию в конкурсе. Ещё раньше в 2019 году её не допустили к конкурсам, по информации СПАРК, Детский городской центр высоких медтехнологий, 31-я больница, детская больница № 17, больница Святого Георгия, Центр СПИД и инфекционных заболеваний, вторая горбольница, Введенская, 38-я, детский санаторий «Солнечное» и роддом № 16.

— У них нет медицинской информационной системы вообще, — объясняет Сергей Петров. — То есть их система — это некая статистическая программа. Там нет электронных историй болезней. Есть регистрация пациентов и механизм выставления счетов, это у нас было с 2014 года. Больного регистрировали, он попал в базу данных, дальше — бумага, бумага и бумага.

Проиграв тендер, «Брэйн Системс» подала жалобу в ФАС, но служба признала претензии необоснованными. Позже, в ноябре 2019 года, Минкомсвязи приказом № 743 откажется внести «МедСферу» в единый реестр программного обеспечения. А в России действует постановление правительства № 1236, по которому ПО, не включённое в реестр, нельзя закупать для госучреждений. В декабре ФАС внесёт «Брэйн Системс» в реестр недобросовестных поставщиков.

По данным СПАРК, в 2019 году «Брэйн Системс» участвовала в тендерах 19 раз, но заключила только 6 контрактов с медучреждениями, где уже стояло её ПО. Из них два, на развитие и модернизацию, были в итоге расторгнуты по инициативе заказчиков. Покровская больница отказалась от услуг компании из-за того, что они «не соответствуют… требованиям к участникам закупки», на тендер «исполнитель представил недостоверную информацию о своем соответствии таким требованиям, что позволило ему стать победителем». Мариинская больница прервала отношения из-за «ненадлежащего исполнения поставщиком… обязательств, предусмотренных контрактом».

Система

В октябре 2019 года Елизаветинская больница подписала контракт с компанией СП.АРМ на установку системы qMS на 18 миллионов рублей. Из этой суммы 17,8 миллиона приходилось на лицензии для 217 рабочих мест. Установка на них ПО была первым этапом в контракте. Ещё 3 этапа, согласно тексту контракта на сайте госзакупок, это подготовка рабочей документации, ввод системы в действие и начало эксплуатации. Примерно так, только на несколько лет раньше, в Петербурге это происходило и в Центре Алмазова, и в клинике МЧС, и в Первом медуниверситете. Только федеральные клиники платили за лицензии чуть дороже.

— Мы хорошо поторговались, — объясняет Сергей Петров. — Сейчас мы частично продолжаем использовать «Сферу», потому что сразу перевести всю больницу на новое ПО невозможно. Но каждый день мы подключаем новые функции, постепенно заменяя «Сферу». Новая система уже охватывает множество позиций, которых не было.

Стороны подписали акт выполненных работ по последнему, четвёртному, этапу 29 ноября. На этом был закрыт госконтракт, но работы продолжались. Сейчас система научилась «вести» амбулаторных больных с момента звонка в колл-центр. Врач принимает пациента, даёт заключение, заверяет его цифровой подписью, и документ отправляется в общее городское хранилище. Для адаптации ПО к стационару надо больше времени.

— Минимальное время, за которое можно полностью внедрить программу, это 9-12 месяцев, — говорит Петров. — Сейчас у нас уже автоматически работает назначение лабораторных исследований. Все пробирки в лаборатории со штрих-кодами. Проходит анализ — результат попадает в систему, врач с любого рабочего места его видит. Точно так же действуют комплексы УЗИ, ЭКГ. То есть заключение распечатывается, оно есть в бумажной медкарте пациента, но есть и в электронной. Да, не всё пока работает, но прошло всего 3 месяца. Клинике МЧС на то же самое потребовалось 3 года. Недавно к нам приезжал оттуда специалист и удивлялся, как быстро мы стартовали.

Прокуратура пришла проверить, как внедрена программа, через 2 недели после завершения работ по контракту, а в качестве независимого эксперта, говорит главврач, привлекла не кого-нибудь, а именно сотрудника «Брэйн Системс». И тот дал свои независимые рекомендации.

— В итоге прокуратура решила, что программы нет, — рассказывает Петров. — Программа-то есть, только оценивать её надо месяцев через девять. Но они сделали вывод: в больнице стояла прекрасная «Сфера», которая всё умела, но мы за 18 миллионов купили ей «обёртку», а в целом всё это фикция, которая не работает. Деньги мы похитила в сговоре с разработчиками.

Фактически выводы прокуратуры означают: Елизаветинская больница не должна была покупать программу, которая много лет прекрасно работает в самых крупных и продвинутых медцентрах.

А надо было пользоваться разработками, которые Минкомсвязи отказалось внести в реестр ПО, от фирмы, которую ФАС внесла в реестр недобросовестных поставщиков.

На основании этих выводов, подкреплённых, повторим, «независимым экспертом» из проигравшей компании, Следственный комитет и начал проверку в Елизаветинской больнице. Начал с того, что вырубил систему, чтобы убедиться, до какой степени она не работает. Убедились в этом больные, ждавшие в это время помощи. Прокомментировать «Новой» такие методы работы Главное управление СК по Санкт-Петербургу отказалось. В пресс-службе так и ответили: руководство распорядилось комментариев по этому поводу не давать.

Ирина Тумакова
спецкор «Новой газеты»



Subscribe
promo novayagazeta 21:29, yesterday 16
Buy for 1 000 tokens
Коронавирус показал всю глубину демографической ямы, в которой мы оказались. Последние данные демографической статистики подтверждают худшие опасения: ситуация резко ухудшается. Численность постоянного населения Российской Федерации, по оценке Росстата, сократилась в январе–августе 2020…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments