«НОВАЯ» ЖИВАЯ (novayagazeta) wrote,
«НОВАЯ» ЖИВАЯ
novayagazeta

Categories:

«Ломают судьбы десятками»

В Архангельской области фермера обвинили в оправдании терроризма. Он считает это местью за гражданскую позицию.

«Лет 10 чиновники пытаются улучшить жизнь гражданина, и от этой заботы невозможно жить», — кратко формулирует Олег то, за что ему светит до 5 лет тюрьмы. Обычный мужик, рабочая специальность, четверо детей. Живет не то что в глубинке, — еще дальше. Коряжма — городок в 600 км от Архангельска, ближе к Сольвычегодску, ссыльный край. Градообразующее предприятие — целлюлозный комбинат. Экология — соответствующая.



Олег Немцев. Фото из личного архива

Сказать, что люди в Коряжме жизнью довольны, трудно. Вот уже два года как Архангельская область — самая горячая протестная точка на карте России, спасибо Шиесу. Но настоящих буйных даже здесь мало. Олег — из буйных. Сейчас он рискует стать первым в истории Коряжмы осужденным за оправдание терроризма — при том, что никакого отношения к террористическим организациям Олег Немцев не имел и не имеет.

Комментарий, который Олег оставил во «Вконтакте» полтора года назад, на взгляд невооруженный вполне невинен. На взгляд «вооруженный» — сулит свержение конституционного строя.

Обсуждая в местном паблике «Сплетник Коряжмы» взрыв, устроенный 17-летним смертником Михаилом Жлобицким в здании областного УФСБ (смертник погиб на месте, еще три человека пострадали), Немцев написал, что это самоубийство. И что парня «конкретно довели». И еще — о том, что в гибели детей виноваты взрослые. Всего с десяток реплик.

Последствия этого обсуждения настигли Олега через год — осенью 2019 года к нему пришли с обысками. В квартире шмон провели без адвоката, напугали двух младших детей.

В ответ на просьбу Немцева пригласить психолога, пригрозили малышей просто «изъять».

Забрали технику, телефон жены. Потом обыскали деревенский дом Олега. Потом начались допросы. 26 февраля Немцеву предъявили обвинение по статье 205.2 УК РФ: «Публичные призывы к осуществлению террористической деятельности, публичное оправдание терроризма или пропаганда терроризма». В начале марта заблокировали и карточки Немцева — его внесли в список Росфинмониторинга. Как теперь будет жить семья, он еще не знает. Старается и насчет приговора не загадывать, хоть и говорит, что после дела «Сети» (признанной в РФ террористической и запрещенной в РФ) волосы встали дыбом. Да и лента новостей не доставляет оптимизма: на днях 5 с лишним лет колонии получил калужанин Иван Любшин — по той же статье и тоже за обсуждение поступка Жлобицкого.

Олег настаивает: в оправдании терроризма его обвинять абсурдно, он же как раз пытался доказать, что Жлобицкий теракта не совершал, а просто свел счеты с жизнью.

Но в обвинительном заключении записано, что коряжемец «умышленно, придерживаясь убеждений о допустимости практики терроризма для изменения основ конституционного строя Российской Федерации, публично заявил о признании идеологии и практики терроризма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании».

А сам Немцев считает: дело вовсе не в той интернет-дискуссии, которая, кстати, до сих пор висит в открытом доступе, а в том, может быть, что слишком он достал власть своими требованиями поступать по закону. То сходит в мэрию с претензиями — почему детский сад не охраняется — после трагедии в соседнем Нарьян-Маре, где безумец средь бела дня зарезал спящего ребенка. То на Шиес съездит, да не раз. То возмутится, отчего это вся окрестная полиция охраняет незаконную стройку вместо того, чтоб охранять покой коряжемцев.



Олег Немцев не скрывает свою поддержку активистов Шиеса. Фото из личного архива

Самым громким конфликтом, в который публично ввязался Немцев, оказалась ситуация с местной больницей. Нехватка врачей, закрытие роддома, сомнительные с точки зрения санитарных норм ремонты, адские очереди на бесплатные услуги. В Архангельской области с медициной вообще туго, Коряжма — одна из самых тяжелых историй.

«Недавно видел, как Путин разнос устраивал: говорит, это абсурд, когда поликлиника или больница в одной стороне города, а анализы в другой принимают. А ничего, Владимир Владимирович, что у нас уничтожили роддом с персоналом под лозунгом "Мы заботимся о вас"? Женщины за 600 км ездят рожать, младенцы умирают по дороге. Этим детям минздрав не дал шансов! А как из Сольвычегодска инсультников перевозят в отсутствие понтонной переправы? Их перекладывают из машины в машину, роняют. Постоянно нет талонов. Люди умирают в очередях!» — видеозапись выступления Немцева на встрече с руководством города и больницы легко найти в интернете.

Олег впрямую обвиняет чиновников в геноциде, перечисляет смертельные случаи, к которым привела неправильная постановка диагноза или недоступность медпомощи. Называет цифры, о которых здесь принято молчать: 221 случай онкологии за год — почти 10 процентов населения Коряжмы. Учитывая, что вблизи города работает самый мощный в Европе ЦБК, экологический фактор напрашивается.

«У нас должна быть медицина как в Швейцарии! — восклицает Олег. — Мы ее уже оплатили народными деньгами!»

Публика аплодирует, предъявляет претензии власти. Власть молчит. Молчит и когда люди кричат, что очередь на сдачу крови — неделя. И когда доказывают, что недавно купленный аппарат КТ простаивает, а людей отправляют на платные исследования. Не последует никакой реакции и когда активисты проведут свое расследование и выложат в сеть видеозаписи, на которых маммограф работает за фанерной дверью — несмотря на радиоактивное излучение, а рентген-аппарат устанавливают в помещении, где одновременно идет ремонт и сыпется пыль.

Активисты для власти стали костью в горле. Олег — один из самых громких. «Скорее всего, не угож я кому-то из чиновников. Много говорю неприятных слов в глаза или на страницах интернета», — констатирует он. А почему так вышло, сам не знает, ведь мечта у него на самом деле — самая тихая: перебраться в деревню и жить на земле, имея как можно меньше контактов с государством.



Жить, как можно меньше контактируя с государством. Фото участка Немцевых из личного архива

10 лет назад они с женой купили домик в деревне Поздышево, в 12 километрах от Коряжмы, «чтобы дети жили на природе с животными и самим не хиреть». Завели овец, поросят, кур, уток. Делали все в 4 руки, да еще дети помогали. Нанимать работников денег не было, но все как-то успевали. Олег твердит, что трудности северного земледелия миф, все можно делать, везде жить — только бы не мешали.

Мешать стали сразу, как только Немцевы попытались зарегистрироваться как фермеры. 30 декабря сдали документы на регистрацию, а в феврале получили штраф за неуплаченные на 31 декабря налоги. Олег плюнул, но от земли не отказался: «Пришлось убрать живот. Купил трактор, оборудование, сам пашу землю, кошу траву, всего помаленьку. Начал строить сельхозпостройки, теплые загоны. Осенью овчарню теплую построю, привезу овец хороших, дорогих».

Немцев увлекается рассказом и будто забывает, что к осени ждет его не овчарня, а суд.

«Сейчас у нас в области очень много дел идет против неугодных,  — говорит Олег. —  Шиес «взорвал» Север. Мы для губернатора «шелупонь» — это его слова. Вот и поступают, как с шелупонью. Ломают судьбы людей десятками».

Сейчас дело Немцева передано в прокуратуру — для утверждения обвинительного заключения и направления в суд. Аналогичные дела за якобы оправдание смертника, взорвавшего архагельское ФСБ в 2018-м году, возбуждены и в других уголках страны. Самое известное из них — дело псковской журналистки Светланы Прокопьевой.

Татьяна Брицкая
собкор в Заполярье

Subscribe
Buy for 1 000 tokens
Акция у Соловецкого камня пройдет в этом году в режиме онлайн. 30 октября 1990 года на Лубянской площади, в сквере возле Политехнического музея, усилиями совсем молодого тогда общества «Мемориал» был установлен Соловецкий камень — памятник жертвам политических репрессий в…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 13 comments