«НОВАЯ» ЖИВАЯ (novayagazeta) wrote,
«НОВАЯ» ЖИВАЯ
novayagazeta

Category:

«Прилечь на отрезвление»

Госдума возвращает массовые вытрезвители, граждане к этому не готовы. Три дня в спецзаведении. Репортаж.

В России до 2012 года насчитывалось 550 вытрезвителей, через них ежегодно проходило более 2,5 млн человек. Решением Дмитрия Медведева эти спецзаведения исчезли вместе со словом «милиция». Вчера, 15 июля, Госдума во втором чтении приняла проект закона, разрешающего сотрудникам полиции доставлять граждан в вытрезвители. Инициатива входит в пакет с принятым в первом чтении законопроектом о праве регионов создавать платные вытрезвители. По официальной статистике, в общественных местах ежегодно выявляется около 1 млн пьяных граждан, из них 180 тысяч не могут самостоятельно передвигаться. Тем временем в 22 регионах, среди которых Нижний Новгород, Казань и Иваново, местные власти еще несколько лет назад начали открывать «пункты помощи опьяневшим». Прошлый регламент позволял сотрудникам учреждений раздевать, обыскивать и привязывать посетителей, а новые правила пока не установлены. Как людей «отрезвляют» сейчас, кто и за что туда попадает и сообщают ли на работу, узнаем на примере нижегородского вытрезвителя.

Фото: Арден Аркман, для «Новой»

День первый

Официальное название учреждения — «Пункт оказания помощи лицам, находящимся в состоянии алкогольного опьянения и утратившим способность самостоятельно передвигаться или ориентироваться в окружающей обстановке, не нуждающимся в медицинской помощи», а если коротко — «Надежда». Он открылся в 2016 году и принял уже более 30 тысяч человек при населении города в 1,26 миллиона жителей. На Яндекс.Карте «Надежда» обозначена как наркологическая клиника, но находится она в одном из корпусов 30-й городской больницы. Окна на первом этаже, где находится вытрезвитель, без решеток, что уже радует. На входе — камера видеонаблюдения, пускают только по звонку. Внутри — больничная атмосфера: длинный коридор с агитационными плакатами в советском стиле, по бокам палаты — две мужские, женская и две «повышенной комфортности». Всего здесь могут разместиться до 30 человек, но сейчас пусто.

Фото: Арден Аркман, для «Новой»

В бригаде вытрезвителя — фельдшер, санитарка и охранник. Сидят все вместе в кабинете с табличкой «Приемное отделение». Не успеваю познакомиться, как пара полицейских привозят клиента — грустного, уставшего мужчину, который неохотно разговаривает. Его зовут Евгений, он признается, что перепил накануне, вышел из дома, чтобы взять покушать, а дальше «подошли — почуяли перегар — и увезли». В вытрезвителе он уже второй раз: первое задержание было шесть лет назад, когда «перепил» в связи со смертью матери. Евгений не теряет оптимизма:

— Сейчас меня отпустят, и я домой пойду, я ж трезвый.

Фото: Арден Аркман, для «Новой»

Полицейские предлагают ему пройти медицинское освидетельствование — оказывается, людей сюда доставляют в первую очередь затем, чтобы определить стадию опьянения. Процедура строго по письменному согласию — можно отказаться, но тогда полиция оформит протокол по статье 19.3 КоАП и отвезет в отдел, где придется сидеть до суда.

Начальник вытрезвителя Михаил Юрьевич Булулуков — строгий представительный мужчина — рассказывает, что сотрудники правоохранительных органов по закону имеют право доставлять сюда людей, которые находятся в общественных местах в состоянии опьянения и утратили способность передвигаться или ориентироваться в обстановке. Это право им дает ст. 13 закона «О полиции», куда недавно внесли поправку, что доставлять задержанных граждан можно не только в медицинские, но и в социальные учреждения.

Евгений охотно подписывает согласие на освидетельствование и покорно дует в трубочку алкотестера. Он действительно оказывается трезвым.

Фото: Арден Аркман, для «Новой»

Ирина Будаева, младший сержант, отмечает, что граждане обычно неагрессивные, — просто «надо уметь общаться». Она работает в полиции полтора года и затрудняется сказать, сколько раз привозила людей в вытрезвитель, — счет идет на сотни. Ее коллега Алексей Лисин работает уже десять лет, добавляет:

— Каждую смену привозим по два человека. Физическую силу не ко всем приходится применять, лишь иногда. Молодежь в основном сопротивляется, люди в возрасте нормально воспринимают. У молодых сейчас другие понятия, другое мировоззрение.

Михаил Булулуков. Фото: Арден Аркман, для «Новой»

Спрашиваю, что изменилось, и тут в беседу вмешивается Михаил Юрьевич:

— Раньше никто не кричал «не имеете права», а сейчас люди решили, будто кто-то нарушает их права, но они не задумываются, что полицейские спасают жизнь, судьбу, притащив сюда. Спасибо должны говорить.

Полицейский соглашается и добавляет, что людей задерживают не просто так, а согласно ст. 20.21 КоАП РФ за нарушение общественного порядка и оскорбление человеческого достоинства своим видом. По этой статье будет оформлен протокол на каждого задержанного, у кого обнаружится алкоголь в крови, и всем придется сидеть в изоляторе до решения суда.

Интересуюсь, какие обычно люди «оскорбляют видом»:

— Оскорбление — это нахождение в состоянии опьянения. Это может быть как порядочный гражданин, так и бездомный.

Но прилично одетых стараемся не привозить, а сопровождаем до дома и отпускаем без протокола.

Фото: Арден Аркман, для «Новой»

После процедуры освидетельствования задержанным, у которых алкотестер показал легкую или среднюю степень опьянения (до 2 % промилле), предлагают «прилечь на отрезвление». Если степень тяжелая — вызывают скорую и отправляют в больницу. В вытрезвителе можно находиться до суток, но, по словам Михаила Юрьевича, чаще людям хватает 4–6 часов.

Начальник вытрезвителя провожает меня в свой кабинет и сразу же объясняет, почему в палатах никого нет:

— Мало привозят людей — не говорит о том, что перестали пить. Полицейских мало, машин у них мало. Кто доставлять будет? Система оказания помощи придумана давно: первая состояла из фельдшера и кучера, которые собирали пьяных работников оружейного завода (первый вытрезвитель был открыт в 1902 году в Тулеприм.). А у нас — фельдшер есть, кучера нет.

Нам часто звонят: «Приезжайте забирайте», а я на чем заберу? Нам нужна своя служба доставки, тогда и палаты будут полны.

Михаил Булулуков. Фото: Арден Аркман, для «Новой»

Порядки в учреждении военные: Михаил Юрьевич 27 лет служил в армии, был командиром взвода, а сейчас, помимо управления вытрезвителем, занимается военно-патриотическим воспитанием молодежи в лагере «Хочу стать десантником». Он рассказывает, что армия помогла ему обеспечить в вытрезвителе строгий контроль: охранник в приемном отделении следит за ситуацией через видеокамеры. Если кто-то ложится на вытрезвление, фельдшер раз в час подходит и смотрит, дышит человек или нет.

Прохожу в палаты: мужская от женской ничем не отличается, кроме таблички на двери. Серые железные койки, заправленные одноразовыми простынями, бактерицидный облучатель, принудительная вытяжка, большие окна.

Фото: Арден Аркман, для «Новой»

— Пятизвездочный отель, — заключает начальник вытрезвителя. — Хотя опыт показал, что демократия эта — когда шторки на окнах, окна без решеток, двери без замков — излишняя.

Нужны более ограниченные условия содержания. Двери должны быть железные, закрывающиеся на щеколду, на окнах внутри сетки металлические. Можно и кровати убрать, постелить на пол матрасы

— ничего страшного не случится, зато человек не упадет, не получит травму. А то случаи разные бывают: человек весом 140 кг упал с кровати, а фельдшер с санитаркой его поднимают. Некоторые хулиганят, в туалет ходят на соседние кровати, хотя все открыто — душ, туалет.

В вытрезвителе есть не только санузел и процедурный кабинет, но и две палаты повышенной комфортности: в них по две койки, полка с книгами, умывальник и кулер. Как оказалось, доплачивать за «повышение класса» не нужно — «вип-клиентов» отбирают по внешнему виду. Михаил Юрьевич рассказывает, что в пункт оказания помощи поступают люди «с разным социальным статусом», и вспоминает историю, как в позапрошлом году здесь отдыхал мужчина в «хорошем, недешевом пальто, с недешевым портфелем, в недешевых туфлях».

— Он преподаватель вуза, совершенно случайно попал в такую ситуацию. В те палаты мы кладем граждан, типа как ты видел в коридоре, и представляешь, уважаемого человека к таким определить, за что?

Фото: Арден Аркман, для «Новой»

Из коридора доносятся разговоры: полицейские привезли потенциальных постояльцев — двоих мужчин средних лет, от которых пахло алкоголем. Один отмахнулся от вопросов и попросил немедленно отпустить его домой. Второй отказался фотографироваться, но охотно рассказал о причине своего задержания:

— Я на условном сроке, приехал в инспекцию отмечаться, там сотруднице не понравилось, что от меня вином пахнет, и вот я тут. Я любой штраф в двойном размере оплачу, нарушение есть нарушение, но я не агрессивный. Дома жена, ребенок ждут. Я тут вообще впервые, ложиться не хочу, я же не самоубийца. Какой-то они контроль за пьяными хотят вести — если экспертиза алкоголь покажет, то могут поставить на учет как алкозависимого, просто жизнь ломают, человек на работу потом не может устроиться. А ведь все мы не без греха.

На автомате киваю — видимо, потому что говорящий ведет себя адекватно и прочно стоит на ногах. Отвернувшись, он стал объяснять полицейским, что ему срочно нужно к семье. Оба мужчины оказались пьяны, по данным алкотестера, а значит, домой они сегодня не попадут. Предложение полежать в палате они пропустили мимо ушей и уехали в отдел вместе с полицейскими.

Задаюсь вопросом: а можно ли положить человека в вытрезвитель насильно? Михаил Юрьевич отвечает, что по действующему законодательству — нельзя. Но если человек дает согласие, то может отдохнуть на койке, застеленной одноразовой простыней. Его осмотрят на педикулез, обработают раны при их наличии и дадут воду при желании. На учет никого не ставят, а вот свободно покинуть вытрезвитель могут не все.

Фото: Арден Аркман, для «Новой»
Subscribe
Buy for 1 000 tokens
Аскольд Иванчик, историк, археолог, член-корр. РАН и Академии надписей и изящной словесности (Франция) — о горячих точках и взрывоопасных идеях. — Давай начнем с самого раздражающего. Очень много сейчас рассуждений о том, что, мол, как это — те же самые люди, которые были…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 12 comments