«НОВАЯ» ЖИВАЯ (novayagazeta) wrote,
«НОВАЯ» ЖИВАЯ
novayagazeta

Category:

Откуда берутся «опущенные». К истории вопроса

Как ФСИН могла бы решить проблему социальной сегрегации в тюрьмах: взгляд эксперта.

Исторический аспект

К середине 30-х годов прошлого века в советских тюрьмах и лагерях сформировался так называемый «воровской порядок». В эти годы сложилась неписаная тюремная иерархия и разделение на высшие (воры, блатные), промежуточные (мужики) и низшие (петухи, опущенные) социальные группы. Такой иерархия, по сути, остается и сейчас. То есть смело можно утверждать, что сложившаяся система социальных групп почти вот уже 80 лет неизменна.

В книге Эдуарда Кузнецова «Мордовский марафон» (Иерусалим, 1979) лагерным низшим слоям посвящена целая глава «Странный народ».

ЦИТАТА (1979 Г.)

Из книги Э. Кузнецова «Мордовский марафон»

«Пассивные — это не только и не столько склонные к этому зэки, сколько слабохарактерные, запуганные другими, проигравшиеся в карты, нарушившие блатную этику, — пишет в книге «Записки диссидента» (Анн-Арбор, 1982) Андрей Амальрик.

— Получив репутацию «петуха», избавиться от нее уже невозможно, она тянется за каждым из лагеря в лагерь.

И если «опущенный», попав на новое место, где его никто не знает, скроет свою «масть», это рано или поздно обнаружится. А тогда наказание неминуемо: коллективная расправа с частым смертельным исходом».

Достаточно полно тема социальной градации освещена также в «Колымских рассказах» Варлама Шаламова.

Первым из осужденных гомосексуалистов решился рассказать о себе ленинградский поэт Геннадий Трифонов.

В декабре 1977 года из западноуральского лагеря № 398/38 он отправил открытое письмо в редакцию «Литературной газеты». Это письмо — крик души человека, доведенного до отчаяния, оно изобилует чудовищными подробностями. Письмо не было опубликовано в то время.

Можно с уверенностью сказать, что история у описываемого явления «корнями» тянется из прошлого века.

Воровской мир (уклад жизни), тюремная субкультура

Если обратиться к советскому времени, то «воровской мир» и «мир обычных людей» не пересекались. Они существовали как «параллельные вселенные». Классический пример произведение Василия Шукшина «Калина красная». «Вход в воровской мир — рубль, выход — два». Решивший «завязать» вор поплатился жизнью. Государственная коммунистическая идеология не давала возможности смешения. Принадлежать к «воровской культуре» считалось зазорным.

В 90-е годы прошлого века произошла активная экспансия «воровского уклада» в обычную жизнь. Следует отметить, что

воровской уклад жизни в широком понимании этого слова пронизывает различные слои российского общества.

Это не только судимые и заключенные, это члены их семей, бывшие заключенные — также зачастую не имея отношения к криминальному промыслу, тем не менее общаются с лидерами воровских сообществ «смотрящими и положенцами». Последние выступают в качестве третейских судей.

В России имеются давние (еще дореволюционные) традиции сострадания к «арестантам». В период сталинских репрессий значительная часть общества «пересидела в лагерях», у многих есть родственники-заключенные. В России есть поговорка «от тюрьмы и от сумы не зарекаются». В стране появилось и упорно активизируется молодежное движение АУЕ (арестантский уклад един).

Есть целые населенные пункты и регионы (Читинская область, Дальний Восток), где в школах и подростковой среде живут «по понятиям» (существуют «смотрящие» за школами, колледжами, улицами и районами),

в том числе создают свою иерархию, включая низшую группу — «degraded». И все это происходит в молодежной среде до 20–22 лет, не бывшей в колониях. Они, по сути, «играют в тюрьму». В стране пользуется успехом «воровской уклад», лексикон речи, блатной шансон в музыкальной культуре. В условиях такой исторически сложившейся сострадательности к заключенным наличие укореняющихся иерархических связей опасно для общества.

Взгляд на проблему с точки зрения «воровского уклада»

«Обиженные», «degraded», с точки зрения «философии воровского уклада» — «непорядочные». Им противопоставляются «порядочные» (мужики и блатные). Большого количества «непорядочных» не должно быть. Проще говоря, «воровской уклад» теоретически не заинтересован в росте числа «degraded».

Фото: Валерий Матыцин / фотохроника ТАСС

Конец 90-х — начало 2000-х

К указанному времени жестокость, присущая лагерям ГУЛАГа, — ушла. Либерализация общества, вступление РФ в Совет Европы сделали свое дело. Руководство уголовно-исполнительной системы стало жестко спрашивать с руководства колоний за проявление жестокости и издевательств, в том числе и в среде осужденных. Тем не менее в системе ФСИН сохранялись относительно жестокие нравы, особенно в подростковых колониях.

Пример: воспитательная колония в городе Костроме — в 2001 году в колонии повесился подросток; в ходе расследования выяснилось, что администрация колонии потворствовала группе активистов (фактически смотрящие), которые творили произвол — вымогали деньги, устанавливали свои порядки, в том числе в колонии существовали ритуалы, производились публичные «опускания» — обливание мочой, опускание на голову унитазного стульчака, макание головой в унитаз. После случая с повешением несколько сотрудников администрации и малолетних активистов были осуждены к реальным срокам лишения свободы.

СПРАВОЧНО

«Обиженный» и «гомосексуалист» не равноценные понятия. Откуда берутся «degraded»

«Degraded» и «гомосексуалист» не равноценные понятия, «degraded» может не иметь, а в настоящее время в большинстве случаев не имеет какого-либо отношения к преступлениям на сексуальной почве или к гомосексуальности в быту. Зачастую это случайные люди, проявившие слабохарактерность или слабую жизненную позицию в тюрьме. В категорию «degraded» — попадают лица, признавшие за собой тяжкие сексуальные преступления, как правило, в отношении детей. Сейчас само по себе наличие совершения изнасилования автоматически не влечет перемещение в касту «degraded». Более того, в СИЗО, согласно «воровскому укладу», запрещено решать вопрос о принадлежности к «degraded» лишь на основании совершенного преступления. Проше говоря:

если в камеру СИЗО заходит подследственный и говорит, что он совершил насилие над ребенком (с трупом, совершил акт каннибализма), ему остальные сокамерники говорят — «тебе здесь не место» и выкидывают его из камеры.

Если подследственный говорит, что «мне инкриминируют половой акт с дочкой сожительницы, но я этого не совершал, меня оговорили», — его вопрос будет решаться в колонии, в том числе и в зависимости от его поведения. В подавляющих случаях «degraded» становятся люди, открыто признающие за собой совершение «табуированных» в «воровском укладе» поступков: крайне жестокие преступления, нетрадиционные половые контакты, в том числе и по отношению к женщинам, работа с экскрементами и прочее, перечень достаточно широкий.

Ситуация в настоящее время

Конечно, в настоящее время ситуация изменилась, жизнь заключенных «опущенных» не столь беспросветна и жестока. Унизительные ритуалы как концептуальное выражение субкультуры в большинстве случаев ушли в прошлое. Нельзя не признать, что система ФСИН (по сути, преемник ИТЛ МВД СССР, а ранее ГУЛАГа) значительно и кардинально изменилась. Говорить о жизни «degraded», оперируя случаями, ситуациями, понятиями даже 90-х годов прошлого века, неправильно. Надо признать положительные сдвиги и тенденция к открытости.

В целом ситуация с низшей социальной группой в настоящее время имеет стадию «параллельной жизни сегрегированной группы». Описанного в литературных произведениях (групповые изнасилования, убийства за отказ сексуального контакта как системных межиерархических отношений в целом в системе ФСИН нет). Существуют отдельные выходящие частные (по отдельным колониям) или региональные случаи. Что тем не менее делает такое существование в виде отдельной постоянно унижаемой группе — неприемлемым для демократического общества.

Как правило, в колонии «degraded» живут вместе со всеми, но для них всегда отдельный стол, отдельная посуда, отдельное место в строю (в самом конце), отдельное спальное место, отдельные лавки и стулья, отдельные места для курения и отдыха. Администрация смотрит на «degraded» такими же глазами, как и заключенные. Я сравниваю это с политикой апартеида в ряде государств в прошлом веке.

Даже больные ВИЧ не подвергаются такой дискриминации.

«Вичевые», если этого хотят сами, питаются из общей посуды, ходят в баню вместе со всеми, пользуются общими вещами, их никак не дискриминируют с точки зрения «понятий». Никто, пользуясь теми же вещами, что и «вичевые», не станет законтаченным.

публиковалось 10 ноября 2019 года  как Дополнительное пояснение к отзыву на меморандум по ситуации социальной сегрегации в российских тюрьмах
Subscribe
promo novayagazeta october 8, 08:01 15
Buy for 1 000 tokens
Убийство Анны Политковской: что сейчас с расследованием? Журналистка «Новой газеты» Анна Политковская была убита 14 лет назад в подъезде своего дома в Москве. 7 октября 2006 года киллер, поджидавший нашу коллегу, сделал четыре выстрела в упор, в том числе контрольный — в…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 13 comments