«НОВАЯ» ЖИВАЯ (novayagazeta) wrote,
«НОВАЯ» ЖИВАЯ
novayagazeta

Categories:

Шум на шиханах

Тысячи жителей Башкирии не дают содовому гиганту «БСК» уничтожить священную гору Куштау. Против них чиновники и титушки.



Возраст известняковых гор в Башкирии, шиханов, по оценкам ученых, — от 230 до 300 миллионов лет. Они образовались на месте давно отступившего Пермского моря, и стали не только украшением Башкирии, но и ареалами для десятков краснокнижных животных и растений. Некоторых из них больше нет нигде на Земле.

Возраст легенды об Агидели, созданной для объяснения их происхождения, в точности неизвестен. Но она многие поколения передается от отца к сыну.

В начале августа на Куштау поднялась тяжелая техника, чтобы сравнять с землей, добыть известняк и превратить священную гору в многомиллиардную прибыль для олигархов — бенефициаров «Башкирской содовой компании» («БСК»).

Отцы и дети со всей республики потянулись на защиту горы.

Часть 1. Противостояние

Титушка и Рамис, защитник Куштау. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»

9 августа 2020 года. 22.00. Палаточный лагерь у подножия шихана Куштау.

— Отруби еще сантиметров десять. Ну как-то так, да. Поставим два кола в палатку, будет держаться.

— Надо в WhatsApp написать, чтобы больше помидоров не присылали — мы это никогда не съедим.

— Паша, слей воду с крыши, скоро прорвет.

Дождь не прекращается уже третий час, и спасения от него нет. Вода забивается за воротники, течет по ногам, сочится через непромокаемую ткань палаток. Земля превратилась в слякоть.

Защитники горы, чвакая сапогами, пытаются найти сухое место для запасной одежды и продуктов. Лагерь, два десятка палаток, освещается двумя небольшими прожекторами.

Внезапно звонок. Донесение из ближайшего села. «К вам едут. Два автобуса, четыре «Мерседеса».

Через пять минут снова: «Идут. Много».

Срочный сбор в центре лагеря.

— Сколько нас? Давайте посчитаемся, — Рамис, молодой крепко сбитый башкир с изрезанным шрамами лицом берет на себя пересчет. — Один, два, три… девятнадцать. Шестнадцать мужчин, три женщины. Женщины — спрячьтесь.

Прятаться уходят не все: Рузина Мухамеджанова, защитница Куштау с первых дней противостояния, твердо говорит, что останется.

Лагерь активистов. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»

На промышленной дороге в 200 метрах от лагеря появляются сначала два, затем семь, затем — море фонарей.

— Держимся вместе. Будут провоцировать — не поддаемся. Кто-нибудь, позвоните в полицию и нашим: одни не справимся, — кричит Рамис.

Толпа останавливается в 50 метрах от нас. Мы не видим лиц — только фонари. Не видим даже крайних палаток лагеря. Тьма кромешная.

Двадцать минут не происходит ничего. Люди с фонариками что-то обсуждают, и вдруг — резко снимаются с места и широкой полосой направляются к нам.

«У-у-у-у!» — завывают они, приближаясь.

Первыми в свет прожекторов выходят мужчины в синем камуфляже. Человек 50. Их лица прячут капюшоны и маски. На рукавах — нашивки ЧОП «Вершина», охранной компании, нанятой «БСК». У каждого — по резиновой дубинке.

За ними — свора парней спортивного вида. 250, не меньше. Белые повязки на руках. Лица скрыты: у кого маски, у кого балаклавы.

— Ребята, берем их в кольцо, — командует ЧОПовец в черной куртке.

Бойцы обступают нас со всех сторон.

— С какой целью вы ограничиваете наши перемещения? — спрашивает, наставляя камеру на ЧОПовца, активист.

— Сейчас здесь пойдет техника. Не хотим, чтобы вы мешали.

Ни сейчас, ни через час, ни через два никакая техника на гору не пойдет. Пойдут в наступление на нас. Охранники начинают сжимать кольцо. «Р-р-раз, р-ра-з, р-раз!»

Прижимают к палатке. Спортсмены за их спинами сатанеют.

— Я буду звать тебя ленивцем. Ты охрененно похож! — показывает ухмыляющийся гопник на одного из активистов. — О! А тебя — сусликом. Смотрите, ребята, у нас тут ленивец и суслик!

— Слышь, с камерой. У тебя что, подписчики есть? Мама твоя смотрит? Маме страшно, наверное, за сынулю. Но не так страшно, как когда я ее…, — кричит другой.

Толпа ублюдков заходится гоготом. Парень с камерой едва не срывается, но двое активистов перехватывают его и отводят за спины. 17 против 300 — если начнется драка, не выстоим.

— Парни, сколько вам заплатили? — обращается Рамис к спортсменам. Молчание. — Парни, это ваше будущее. Вам здесь жить. Если гору уничтожить, ее уже не вернешь. Вы никогда не сможете привести сюда своих детей.

— Да я вообще нацист! — внезапно выкрикивает кто-то из титушек.

Толпа вновь заходится одобрительным улюлюканьем. Тарантиновская неадекватность.

— Посмотри на них. Мне кажется, или они несовершеннолетние? — хлопает меня по плечу активист Паша Будаев.

И правда: лица ребят совсем молодые. Школьники?

Титушки угрожают защитникам Куштау, придя ночью в лагерь под защитой ЧОПа. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»

В какой-то момент охранники пропускают спортсменов вперед. Провокации становятся жестче. Гопники начинают хватать активистов за одежду, светят фонариками в глаза. Один тыкает меня под ребра пальцами.

— Чего тебе надо? — едва не закипаю после очередного тычка.

— Камеру убери свою, придурок.

— Я имею право снимать.

— Мне ***[похрен] на твое право.

Шестеро титушек врываются в шатер с продуктами активистов. Достают лежавший в ящике арбуз, разбивают его об землю, начинают есть, поднимая рассыпавшиеся по земле куски. Другая группа начинает топтать палатки.

— А главное, чтобы вы понимали, придурки, вашу гору уже не спасти. Все документы уже выданы. Вы зря только мерзнете под дождем. Идите к своим детям, скажите, что вы все просрали, — кричит спорстмен в балаклаве.

Разгул молодчиков прерывают приехавшие по звонку активистов полицейские. Гопники вновь отступают за спины охранников. Но полиция (всего-то три человека) не стремится их задерживать.

— Так, кто здесь заявитель? — тучный полицейский в синем плаще прорывается через толпу. — Заявители, со мной. Остальные пока здесь.

— Но мы тоже хотим выйти, а нам не дают — держат в цепи, — возмущается один из активистов.

— Вы можете остаться. Я всех не заберу.

— Да почему остаться-то?!

На вызов активистов приехали всего трое полицейских. Титушек они не задерживали. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»

Полицейский уходит. Когда он начинает брать у заявителей объяснения, толпа гопников как по команде решает отступить, быстрым шагом уходит в сторону дороги. Охранники продолжают удерживать нас в кольце.

Фонари спортсменов исчезают с горизонта, и тут вдалеке — на той дороге, куда они направляются, раздается громкое скандирование: «Куштау, живи! Куштау, живи!»

Это приехала вызванная активистами подмога, сотни человек. Позже выяснится: гопники нападут на них, чтобы прорваться, но получат отпор. Отступать будут небольшими группами, нескольких получится заснять на видео.

Один признается: за атаку на лагерь каждому пообещали 3000 рублей.

Но и деньги — не единственная их добыча. Когда охрана, наконец, снимает оцепление, мы бросаемся осматривать палатки. Я не нахожу своего рюкзака с ноутбуком, у защитников Куштау пропадают роутер и другие вещи. Сумку одного из активистов мы находим на следующее утро — выкинутой в лесу.

Уголовное дело по факту кражи вещей уже возбуждено.

Горой за гору

Паспорт объекта на Куштау. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»

Атака титушек — не первое нападение на защитников Куштау с начала противостояния. 6 августа к подножию горы пришли все те же охранники с нашивками ЧОП «Вершина» в сопровождении полицейских и бойцов Росгвардии. Чтобы запустить на шихан технику, они сначала оцепили лагерь, а затем стали хватать активистов, бросать их на землю. 83-летней жительнице Ишимбая Валентине Мусаваровой сломали ногу. Семеро человек были задержаны.

Насилие, как это всегда бывает, дало обратный ожидаемому эффект: люди поняли, что никакого диалога с ними вести не собираются, и решили показать властям и промышленникам свою силу. 9 августа у подножия Куштау был объявлен сход в защиту шихана.

Дорога от Стерлитамака к деревне Шиханы вряд ли когда-то видела столь плотный трафик. Автомобили тянутся к подножию Куштау змеей. Вскоре уже и в самой деревне их становится негде парковать. Люди оставляют их в соседних селах, идут к священной горе пешком.

ЛЕГЕНДА

О шиханах, Агидели и Ашаке
Вид с Куштау. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»

У седого Урала была дочь, красавица Агидель. До того она была красива, что не было в ауле парня, не восхищавшегося ею. Но никто не решался просить ее руки.

Прослышал о той девушке сын правителя, жестокий Ашак. Он прискакал в аул на коне с щедрыми дарами, чтобы забрать Агидель с собой. Привез он шелка и золото. Но не нужны были девушке богатства. И отвергла она надменного юношу.

Разгневанный Ашак вызвал на поединок местного джигита: показать, что и кровь за Агидель он пролить готов. И убил джигита, и набросил на него аркан, и провез мертвого по уличной пыли. Но сказала Агидель, что никогда не выйдет за убийцу.

Тогда Ашак решил взять ее силой: схватил, бросил на коня, и поскакал из аула. В отчаянии позвала Агидель на помощь отца. И седой Урал, сдвинув брови, превратил ее в реку.

Сколько ни пытался Ашак уловить воду, ускользала Агидель сквозь его пальцы.

Послал Ашак сокола, чтобы тот догнал реку, но и сокол остановить ее не смог.

Поняв, что потерял возлюбленную, Ашак вырвал из груди свое сердце, и бросил его к реке. Так у берегов Агидели выросли четыре священные горы: шихан Торатау — на месте, где стоял конь Ашака, шихан Куштау — там, где летел его сокол, шихан Шахтау — где стоял сам Ашак, и шихан Юрактау — где упало его каменное сердце.

Гигантский флаг Башкортостана растягивают от крайнего сельского дома. В самих Шиханах дома и заборы пестрят плакатами: «Куштау, живи!», «Сохраним Куштау для наших детей».

Я иду вдоль сине-бело-зеленого флага. Его держат, где-то плечом к плечу, где-то, соблюдая дистанцию, тысячи человек.

Акция защитников Куштау. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»
ПРОДОЛЖЕНИЕ

Subscribe
Buy for 1 000 tokens
Аскольд Иванчик, историк, археолог, член-корр. РАН и Академии надписей и изящной словесности (Франция) — о горячих точках и взрывоопасных идеях. — Давай начнем с самого раздражающего. Очень много сейчас рассуждений о том, что, мол, как это — те же самые люди, которые были…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments