«НОВАЯ» ЖИВАЯ (novayagazeta) wrote,
«НОВАЯ» ЖИВАЯ
novayagazeta

Categories:

«Сколько людей расстреляли вы за это время?»

Дважды трофейный дневник особиста Шабалина.

Судьба дневника

Этот дневник отличается одним весьма необычным обстоятельством: он дважды трофейный! Так что не стоит удивляться тому, что обнаружился он в 148-й — «трофейной» — описи фонда «Чрезвычайной Государственной комиссии по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их сообщников и причиненного ими ущерба» в Государственном архиве Российской Федерации.

Последняя запись в дневнике — за 19 октября 1941 г. А уже 20 октября в «Журнале боевых действий» Группы армий «Центр» читаем:

«2-я танковая армия продолжила зачистку территории вокруг Брянска. Во время одной из акций по зачистке 56-я дивизия в бою с разрозненной частью противника ликвидировала командующего 50-й русской армией генерала Петрова, члена Верховного Совета, и нескольких офицеров его штаба».

Обложка перевода дневника из военного архива Германии

Так или иначе, но первыми дневником завладели немцы, найдя его в планшетке или в кармане убитого. Сопутствующая переписка и архивные материалы позволяют восстановить последующую судьбу дневника. Его отправили в военную контрразведку (отдел «1c») 2-й танковой армии генерал-полковника Х. Гудериана. Там его перевели на немецкий язык и 1 ноября представили штабу Группы армий «Центр» уже как «Дневник И.С. Шабалина».

Но мало того что дневник попал к немцам, все гораздо хуже: они его перевели, прочли и — сочли интересным трофеем! 3 ноября 1941 года, уже на немецком языке, он был разослан штабом 2-й танковой армии Гудериана по боевым частям, поскольку «…дает интересную картину настроения командующего 50-й армией генерала Петрова и его ближайшего окружения во время битвы за Брянск и характерен для боевого духа противника.

Он показывает, что трудности управления войсками и напряжение войск у противника значительно больше, чем у нас. Дневник следует использовать в работе с войсками».

Но уже 18 декабря 1941 г. один из этих экземпляров был «отбит» 1-м гвардейским кавалерийским корпусом генерал-лейтенанта П.А. Белова (см. донесение начальника Особого отдела НКВД армии капитана госбезопасности Панкратова начальнику особого отдела НКВД фронта комиссару госбезопасности 3 ранга Цанаве от 3 февраля 1942 г., а также сам дневник — по-немецки и в обратном переводе на русский). Тогда пришел черед уже советских контрразведчиков удивляться и разбираться, что тут к чему, переводить дневник с немецкого обратно на русский (sic!) и внимательно изучать приоткрывшиеся им створки судьбы автора.

Записка о пересылке переводов дневника внутри НКВД в 1942 году

Судьба автора

Автором этого удивительного дневника был Иван Савельевич Шабалин, майор НКВД, что в армейской табели о рангах соответствует званию генерал-майора.

Родился он в 1902 г. в деревне Яморка Яранского уезда Вятской губернии. C 1926 г. — в партии, с 1929-го — в органах. С 1935 г. — в Управлении НКВД по Ленинградской области, приказом № 308 от 20 декабря 1937 г. был награжден оружием «за самоотверженную работу по борьбе с контрреволюцией», то есть за усердие в Большом терроре (сообщено А.Я. Разумовым).

С 7 января 1940 г. он в НКВД Бурят-Монгольской АССР: сначала замнаркома НКВД, а с 19 ноября — нарком. С 26 февраля 1941 г. — нарком уже НКГБ Бурят-Монгольской АССР, в каковой должности оставался по 12 июля 1941 г. После чего был вызван в Москву, в распоряжение центрального аппарата НКГБ СССР. Через месяц, 12 августа, получил назначение на должность начальника Особого отдела 50-й армии, входившей в состав Брянского фронта.

Иван Шабалин

С отъезда из Улан-Удэ, собственно, и начинается шабалинский дневник, точку в котором спустя всего пару месяцев поставит сама смерть.

Тут поразительна не только экстраординарная «трофейная» история, но и самый факт ведения дневника особистом. Небезызвестная склонность истории к иронии проявилась тут сполна: ведь именно особые отделы были призваны «особо», то есть тщательно и строго, следить за тем, чтобы никто в действующей армии не вел никаких дневников, мотивируя это ровно тем, что и произошло с дневником самого Шабалина: ведь записи могут попасть к врагу, а тот использует их против нас!

Но в своем случае Шабалин, видимо, этих рисков не видел, а твердо полагал, что с ним-то уж ничего не случится. Ну а если случится, то кто-кто, а он-то, майор НКВД, всегда успеет уничтожить дневник и пустить себе пулю в лоб.

Нехитрая мысль о том, что человек не просто смертен, а внезапно смертен, так и не посетила его — до самой смерти.

Однако — и случилось, и внезапно, и не успел!

Командарм Петров

Дневник Ивана Шабалина обрывается 19 октября 1941 года. На следующий день Шабалин встретился с командармом Петровым, вскоре после чего, около 16.00, оба они погибли где-то к северу от Карачева, между Карачевым и Пасекой. Голынка, Газеновка, Мылинка — последние из упоминаемых в дневнике деревень. Дневник начальника Особого отдела попал в руки врага.

Похоронен Шабалин, согласно данным ОБД «Мемориал», в братской могиле на военном кладбище города Карачева Брянской области.

Судьба армии

Для понимания содержания и военного контекста дневника полезно напомнить о том, что Брянский фронт под командованием генерал-лейтенанта А.И. Еременко был создан 16 августа 1941 г. и состоял всего из двух армий — 50-й (под командованием генерал-майора М.П. Петрова) и 13-й (под командованием генерал-майора К.Д. Голубева). 26 августа во фронт влили еще две армии — 3-ю (под командованием генерал-майора Я.Г. Крейзера) и 21-ю (под командованием генерал-лейтенанта В.М. Кузнецова). Войскам Брянского фронта противостояли 2-я танковая армия Гудериана и части 2-й и 4-й армий группы армий «Центр» генерал-фельдмаршала Ф. фон Бока.

В результате плохо подготовленной контрнаступательной Рославльско-Новозыбковской операции, проводившейся с 30 августа по 12 сентября, целью которой мыслился разгром Гудериана, Брянский фронт попал в жернова немецкой операции «Тайфун» — наступлений на Брянском и на Вяземском направлениях, и в начале октября оказался разгромлен сам. Именно об этом запись в шабалинском дневнике за 6 сентября:

«Армия не является такой, какой мы привыкли представлять ее себе на родине. Громадные недостатки. Атаки наших армий разочаровывают».

Немцы захватили Орел и Брянск и вплотную подошли к рубежам Москвы с запада и юга, причем большая часть войск Брянского фронта оказалась в клещах. При этом в своеобразных тисках оказались и немцы: привычные к отличным французским шоссе и весьма приличным польским дорогам, здесь, в центральной суглинистой России, Гудериановы лихачи столкнулись на проселочных грунтовках с отчаянным сопротивлением старейших русских генералов — Непогоды, Грязи, Распутицы и Бездорожья (да и пятый, Мороз, тоже уже подтягивался). Дневники боевых действий войск и письма немецких солдат домой изобилуют сетованиями на непролазность дорог, заставляющую танкистов не спускать рычаг с первой передачи. Застрявшие по рессору грузовики и легковушки, подваживаемые под их колеса лесины и толпы солдат или подручных крестьян, истово толкающих машину под обстрелом комков грязи, — одни из популярнейших мотивов в аккуратных семейных фотоальбомах бывших фронтовиков.

Брянский фронт. Источник: РИА Новости

Собственно, «генералы» эти не щадили и своих.

ЗАПИСЬ В ДНЕВНИКЕ 10 ОКТЯБРЯ

«Мы спали вчетвером в одной автомашине. Очень холодно. В 7 часов встали. Идет снег, он падает большими хлопьями. Мы позавтракали из старых запасов, случайно достали кипятку и хорошо согрелись. В 11 часов мы выехали в район Хвастовичи. По дороге двигается масса автомашин и людей. Грязь непролазная; вся дорога превратилась в тягучее тесто»

Но свои привычнее, и предпринятый Брянским фронтом прорыв из окружения увенчался успехом и задержал наступление Гудериана к северо-востоку от Орла. А к 23 октября все три армии вырвались из окружения и заняли оборону на новых рубежах.

Но какой ценой!

От 50-й армии осталось лишь 3% артиллерии и около 10% личного состава.

Около 90 тыс. человек (sic!) погибли! Среди них и командующий армией Петров (а его 7 октября по ходу операции назначали еще и командующим фронта!), и начальник ее Особого отдела, то есть автор дневника.

Бои под Брянском. Фотохроника ТАСС

Шабалин фиксирует этапы общеармейского коллапса, детали быта и психологические нюансы переживаний автора, но он почти не показывает свою личную работу. А «работы» у начальника Особого отдела окруженной и отступающей армии было выше головы: заградотряды, аресты, допросы, расстрелы… Ведь недаром командарм спрашивал его о количестве расстрелянных, как недаром и то, что кадры особистов набирались из матерых энкавэдэшников!

ПРОДОЛЖЕНИЕ


Subscribe
promo novayagazeta 11:29, вчера 7
Buy for 1 000 tokens
Благотворительные фонды обратились к президенту за препаратами для онкобольных. Благотворительный Фонд Константина Хабенского вместе с фондами «Подари жизнь», «АдВита», организацией «Энби» и другими пациентскими и родительскими сообществами и организациями…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments