«НОВАЯ» ЖИВАЯ (novayagazeta) wrote,
«НОВАЯ» ЖИВАЯ
novayagazeta

Categories:

Возьмут ли Россию в будущее?

Экономика и демография как могильщики политического режима.

Оглядываясь на последние 20 лет новейшей российской истории можно разглядеть, что будет со страной в ближайшие два десятилетия. Это мое утверждение, конечно же, требует аргументации. Попробую ее изложить.

Ретроспективный взгляд

После экономического и социального коллапса 90-х в 2000-е наступил невиданный для России период улучшения уровня благосостояния. За 2000–2007 гг. реальные доходы в расчете на душу населения увеличились в среднем почти в 2,4 раза. При этом коэффициент Джини, который показывает масштаб расслоения, возрос с 0,395 в 2000 году до всего лишь 0,429 в 2008 году. Это значит, что стали ощутимо лучше жить все группы населения, а не только самые богатые. Доказательством этого стал потребительский и кредитный бум, который наблюдался в эти годы.

И что важно — люди поверили, что такая обнадеживающая динамика улучшения их материальной жизни — надолго, если не навсегда. Это видно по изменению такого показателя, как суммарный коэффициент рождаемости. В конце 90-х в России он опустился до исторического минимума — 1,16 рождений, а к 2010 году поднялся почти до 1,6 рождений.

СПРАВКА

Суммарный коэффициент рождаемости — сколько в среднем родила бы одна женщина на протяжении всего репродуктивного периода (то есть от 15 до 50 лет) при сохранении в каждом возрасте уровня рождаемости того года, для которого вычисляется показатель независимо от смертности и от изменений возрастного состава.

Понятно, что вся эта благодать произошла только из-за лавинообразного роста экспортных цен на российское сырье. Если в январе 2000 г. нефть марки Brent стоила $25 за баррель, то в июле 2008 года она достигла отметки $134.

Россия получила дополнительно чуть ли не триллион долларов, часть (несмотря на коррупцию и крайнюю неэффективность госуправления) дошла и до широких масс людей.

Такая противоречивость — ощутимый рост уровня жизни на базе весьма нестабильного и ненадежного экономического основания — во многом заложила основы того политического состояния, в котором находится современное российское общество.

После невиданного скачка благосостояния в 2000–2007 гг. наступил период замедления: в 2008–2013 гг. увеличение составило всего 22%. А затем, начиная с 2014 года, реальные доходы населения стали неуклонно (за исключением чисто символического роста в размере 0,1% в 2018 и 2019 гг.) падать.

Фото: Игорь Онучин / ТАСС

В итоге этот спад за 2014–2020 гг. составил более 11%. Это, конечно, неприятный для многих семей факт — ведь за средними цифрами скрываются весьма серьезные отраслевые и региональные различия. Но, если посмотреть шире, то 11% падения на фоне почти 3-кратного увеличения за 2000–2013 гг. смотрится как очень небольшая неприятность. В общественном сознании это выражается в том, что,


  • во-первых, в своей массе люди всё еще не ощущают катастрофичности своего материального положения

  • во-вторых, сохраняют подсознательную надежду на то, что те — благодатные — времена вернутся без каких-либо потрясений.

Просто Владимир Владимирович вместе с Михаилом Владимировичем, наконец, наведут порядок — и всё повернется в лучшую сторону.

Такого рода установка, о которой многие предпочитают, стесняясь, публично не говорить, распространена среди людей старшего и частично среднего возраста, для которых «стабильность» важнее непонятных и рискованных «перемен», тем более реформ. Это создает для Владимира Путина довольно серьезную «подушку безопасности».

Такая «подушка» подстрахована солидными государственными финансовыми резервами, накопленными, несмотря на уже 10-летнюю фактическую стагнацию российской экономики (среднегодовые темпы роста ВВП за 2011–2020 гг. — менее 1%). Речь идет о


  • Фонде национального благосостояния, который за прошлый ковидный год увеличился почти в 2 раза (во многом благодаря ослаблению рубля) и достиг 13 триллионов рублей,

  • весьма солидных золотовалютных резервах (почти 600 млрд долларов),

  • крайне низком по мировым меркам суверенном долге (всего 19% ВВП России), что позволяет уверенно заимствовать.

Все эти ресурсы приберегаются на «черный день», который не наступил по мнению власти в прошлому году в связи с пандемией коронавируса, когда населению и малому бизнесу была оказана весьма скромная поддержка.

Из этих «закромов Родины» будут очень дозированно и адресно отсыпаться деньги в наиболее проблемные социальные точки накануне важных политических событий, например, общенациональных выборов, и/или в случае возникновения открытых протестов, как это произошло в 2004–2005 гг. во время «монетизации льгот».

А если к этому прибавить растущую государственную репрессивность по отношению уже к практически любому даже не политическому, а просто активистскому движению, то

ретроспективная картинка из марта 2021 года смотрится достаточно просто: нынешняя власть устойчива и будет незыблемо сидеть еще не один год, а может быть и до 2036 года.

Для кого-то этот вывод источник оптимизма, а кого-то, наоборот, должен сильно расстроить.

Но я в начале этой статьи заявил тезис о том, что «оглядываясь на последние 20 лет новейшей российской истории можно разглядеть, что будет со страной в ближайшие два десятилетия». Дело в том, что, как уже происходило в мире и у нас, внутри, казалось бы весьма устойчивой общественно-политической системы, исподволь вызревает ее могильщик.

Фото: Алексей Душутин / «Новая газета»

Перспективный взгляд

В российском случае этих могильщиков аж две штуки: Экономика и демография.

Я уже упоминал о десятилетней экономической стагнации. Ее причины не только в сохраняющейся архаичной структуре нашего народного хозяйства, но и в отсутствии таких необходимых для инновационного и инвестиционного процесса институтов, как, в частности, независимый суд и эффективное государство. Даже если предположить, что ковид уйдет, санкции отменят и цены на нефть снова вырастут до $100 за баррель, то все равно никакого экономического прорыва, наподобие начала 2000-х, уже не произойдет. Это, кстати, стало понятно по итогам досанкционного 2013 года, когда при цене на нефть в среднем была $110 за баррель, а итоговый рост ВВП составил всего 1,3%.

Стало уже банальным утверждение о том, что Россия давно нуждается в масштабных институциональных реформах, по масштабу ничуть не уступающих тем преобразованиям, которые проводились командой Ельцина–Гайдара в начале 90-х. И главная из этих реформ — это перестройка государственной власти, всех ее ветвей.

Но нынешнее руководство России — и прежде всего ее президент — об этом даже не задумываются, считая, что описанная выше «подушка безопасности» удержит ситуацию и без всяких реформ. Можно ограничиться, как это видно из деятельности правительства Михаила Мишустина, цифровизацией всего и вся, а также государственными инвестициями, объем которых все равно недостаточен для того, чтобы экономика заработала.

Также в условиях идущего расползания государства во все щели хозяйственной жизни обесценивается такой мощный институт развития, как конкуренция, продолжает процветать воровство и коррупция. Посмотрите, как в разы раздувается смета расходов на строительство любого объекта, которое идет за счет государственных инвестиций.

Консервация такого положения обеспечивает России на обозримую перспективу темпы роста ВВП не более 2–3% в год. И это оптимистический вариант. Ведь не надо забывать, что экономика развитых стран быстро переходит на новые энергосберегающие и «зеленые» технологии. Евросоюз поставил задачу обеспечить к 2050 году полную декарбонизацию экономики, то есть полное прекращение выбросов парниковых газов. Такую же задачу, кстати, поставил и Китай, установив срок на 2060 год.

Что это значит для российской экономики, основа которой — добыча и экспорт ископаемого сырья?

Постепенное, но неуклонное снижение мирового спроса на это сырье с соответствующим снижением цен на него. А наложенные на Россию санкции, перспектива отмены которых пока не просматривается, препятствуют поступлению к нам современных технологий, столь востребованных в добыче нефти и газа, забирающейся всё дальше на Север с соответствующим ростом себестоимости.

В это же время мы видим, что высокотехнологические отрасли, за редким исключением типа «Яндекса», у нас не появляются, венчурный и малый бизнес стагнируют. На плаву еще как-то болтаются госкорпорации и сырьевые монополии, напрямую контролируемые государством. Хотя и там, судя по появляющейся информации об убытках и крайней закредитованности, всё не так радужно.

Поэтому экономическая стагнация и сопутствующая ей деградация всех государственных институтов, с чем мы живем уже не один год, и дальше будут продолжаться. Как это скажется на жизни и, главное, настроении людей?

И вот тут на первый план выходит демография, а точнее — ее политический аспект.

Тот запас социальной прочности, который, как я отмечал выше, был создан в 2000-е, до сих пор имеет решающее стабилизирующее значение, прежде всего, для старших и отчасти средних возрастов.

Они готовы затянуть ремни и ждать, когда снова на них будут сыпаться деньги от государства. Но те, кому сейчас меньше 40, тем более меньше 35 настроены по-другому.

Фото: Алексей Душутин / «Новая газета»

Они не жили в Советском Союзе с пустыми магазинами и продуктовыми карточками, а 90-е для них — раннее детство, когда родители неимоверной ценой пытались создать им сносные условия существования. В 2000-е их также накрыл потребительский бум, когда многие родители обеспечили им не только хлеб насущный, но и поездки, всевозможные модные гаджеты. Для них, ставших в последние годы взрослыми, жизненно важно зарабатывать, делать карьеру, растить своих детей, обзаводиться недвижимостью, что требует даже не простой стабильности, а постоянного роста материальных возможностей для этого. Поэтому ползучее снижение реальных доходов, ставшее очевидным, — это для них тревожный звонок.

Еще один такой звонок — остановка социальных лифтов. Из-за архаичной структуры российской экономики хороших (в том числе высокооплачиваемых) рабочих мест намного меньше, чем входящих во взрослую жизнь в своей массе неплохо образованных молодых людей. Заниматься предпринимательством сложно из-за зашкаливающих рисков, связанных с деятельностью государства и его конкретных представителей на местах. При этом немногочисленные приличные рабочие места занимают по протекции или потому что у тебя родители сами принадлежат к руководящей номенклатуре. Это вызывает все большее раздражение среди тех, кому меньше 35–40 лет.

А еще прибавим в эту копилку отрицательного настроения уже очевидные длительные перспективы продолжения экономической и социальной стагнации при полном отсутствии у власти желания начать хоть какие-то системные перемены.

Я недаром употребил только что слово «номенклатура». Оно из советского прошлого. Оттуда же и слово «геронтократия», которое сейчас виднеется, если присмотреться к феномену «несменяемости власти», с которым мы живем, начиная, как мне представляется, с момента «рокировки» осени 2011 года. А если мы к этому присовокупим описанную выше экономическую и социальную стагнацию, то

все это сильно попахивает брежневским «застоем».

Для людей, родившихся в последние советские годы и тем более уже в новой России, осознание того, что они живут и будут еще долго жить в таких обстоятельствах, — очень сильный раздражитель. Поэтому самые активные из них при первой же возможности подключаются к публичной общественной, а некоторые — и к политической деятельности.

Исследования показывают, что уже в протестах 2011–2012 гг. именно те, кому меньше 35–40 лет, играли самую активную роль. Это же повторилось в 2019 году в предвыборной Москве, а совсем недавно — в десятках городов по всей стране. Кстати, ровно ту же политическую демографию демонстрируют протесты и в Беларуси.

Фото: Алексей Душутин / «Новая газета»

ПРОДОЛЖЕНИЕ

Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo novayagazeta ноябрь 20, 19:29 26
Buy for 1 000 tokens
Письмо деятелей культуры в защиту «Международного мемориала»​*. Символика в поддержку одной из самых известных российских правозащитных организаций — «Мемориала»* В эти дни в России решается судьба общества «Международный Мемориал»*, которое многие…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 43 comments

Recent Posts from This Journal