«НОВАЯ» ЖИВАЯ (novayagazeta) wrote,
«НОВАЯ» ЖИВАЯ
novayagazeta

Categories:

Война с «Детьми мира»

Суд требует выселить частную английскую школу, которую родители сами отремонтировали за 200 млн рублей. Там учатся дети-дислексики.



Виктория Прозирай совсем не похожа на директора школы. На ней простая черная футболка, джинсы и удобная обувь. Рыжеватые, с легкой проседью волосы собраны в хвост. Никакого официоза. Ее кабинет тоже нетипичный. Это маленький закуток на первом этаже возле детских шкафчиков, заставленный папками с документами и коробками. Тесно.

— У нас сейчас одна проверка за другой, поэтому простите за беспорядок, — объясняет она мне. Ее лицо выглядит уставшим.

Больше четырех лет назад Виктория Прозирай создала собственную частную школу, в которой все занятия проводятся исключительно на английском языке, а ведут их учителя из Великобритании. В ней учатся не только граждане России, но и иностранцы. Отсюда и название школы — «Дети мира».



В одном из кабинетов школы. Фото: Виктория Одиссонова / «Новая газета»


А еще это чуть ли не единственное образовательное учреждение в Москве, которое специализируется на работе с учениками с дислексией. Это особенность развития мозга, из-за которой дети не распознают маленькие графические знаки и потому плохо читают и пишут. По этой причине в обычной школе они часто становятся жертвами травли, в которой нередко принимают участие и сами учителя. В школе «Дети мира», напротив, к особенным детям относятся так, чтобы они не чувствовали себя изгоями и впоследствии смогли компенсировать слабость в чтении и письме.

Этим летом стало известно, что столичный Департамент городского имущества (ДГИ) отбирает здание, которое было передано школе на льготных условиях — и которое Виктория с родителями учеников самостоятельно отремонтировали. Причина — в школе учится меньше детей, чем заявлено в договоре аренды. Вот только зачислить на учебу больше мешают санитарные нормы. Из-за формальной невозможности выполнить один пункт договора частная школа «Дети мира» находится на грани закрытия.

***

Виктории Прозирай 58 лет. По первому образованию она учитель английского языка, но по специальности почти не работала: не смогла привыкнуть к «школьной бюрократии». Второй диплом — «менеджер в производственной компании» — получила в Калифорнийском госуниверситете в Хейварде. После выпуска из вуза Прозирай очень долго работала в производственных компаниях за рубежом: в Англии, Голландии, Франции. В 1998 году она перебралась обратно в Москву, вышла замуж и родила детей: Андрея и спустя два года Лидию. Виктория сразу же решила, что они с раннего детства будут учить английский язык.

— Английский сам по себе, может быть, и не так много дает, — объясняет Прозирай. — Но когда он сопряжен с профессией, то это сразу расширяет возможности для трудоустройства.

В Москве середины нулевых, говорит Виктория, детских садов с английским языком было мало, в основном все они работали при посольствах. Андрей с Лидией пошли в садик при посольстве США. Стоимость была невысокой, потому что «рынок тогда только нарождался и спрос на них был небольшой». Успехи детей уже после первых месяцев в иностранном саду удивили Викторию: они стали «чувствовать язык как родной». Нравилось ей и то, как там работают педагоги: «Всегда очень уважительно и спокойно».



Лаборатория. Фото: Виктория Одиссонова / «Новая газета»

В 2010 году, «устав от работы в компаниях», Виктория решила открыть свой частный детский сад с английским языком. Она взяла за основу образовательную программу Великобритании и пригласила на работу педагогов-иностранцев. В садике училось около 40–50 человек. Назывался он «Дети мира».

— Нам казалось, что эти дети были абсолютно гениальными. Спокойные, веселые, уверенные в себе. После двух-трех лет в садике они легко говорили на английском и на русском, легко шутили, — вспоминает Виктория. — И после таких поразительных результатов родители мне начали говорить: «Мы у вас хорошо поучились. А дальше что? Куда нам идти? Давайте делать школу».

Самая большая сложность при открытии частной школы — это найти подходящее здание. У Роспотребнадзора и МЧС очень много требований: начиная с обустройства пришкольной территории и заканчивая тем, какой должна быть отделка полов, стен и потолков. По словам Виктории, приспособить неспециализированное здание под школу с учетом всех этих критериев было практически невозможно. Но выход нашелся.

В 2012 году в Москве стартовало сразу несколько программ льготной аренды городского имущества, которое «по разным причинам уже давно используется не по назначению». Простыми словами, заброшенного. Одна из таких программ называлась «1 рубль за 1 квадратный метр». Согласно условиям, арендатор брал на себя все расходы по ремонту здания и открывал в нем детский сад или школу. После этого Департамент городского имущества Москвы взамен позволял арендатору выплачивать льготную ставку. С участником программы заключался договор на 49 лет.

«Тем самым город не только создает благоприятные условия для бизнеса, но и привлекает частные инвестиции в развитие образования и здравоохранения, восстановление объектов культурного наследия», — говорилось на сайте мэра Москвы.

Об этой программе Виктория Прозирай узнала в 2015 году.

— У нее была очень активная группа лоббистов, которая обзванивала всех потенциальных «инвесторов» и устраивала различные выездные мероприятия. Они нас очень уговаривали, и я подумала, что это потрясающая возможность. Меня подкупило, что именно город обещал здание. Казалось, что так надежнее.

Виктории предложили арендовать здание постройки 30-х годов по адресу улица Ухтомская, 12 в районе Лефортово. Четыре этажа, крепкие стены из рыжего кирпича, белый ободок окон. Раньше здесь располагалась городская начальная школа, но ее расформировали в 2012 году. Несколько лет она простояла заброшенной. Стекла из оконных рам выбили мародеры. Часть кабинетов от пола до потолка были покрыты черной копотью — здание пережило как минимум четыре пожара. В классах, которые не так сильно пострадали от огня, творился хаос из поломанных шкафов, парт и стульев.

— По словам организаторов, ничего страшного в здании не было, а проверить мы это не могли: документы нам не показывали. Но на самом деле там был караул, — говорит Виктория.

Виктория Прозирай. Фото: Виктория Одиссонова / «Новая газета»

После заключения договора Прозирай стала искать деньги на ремонт. Поскольку «Дети мира» — некоммерческая организация, банки отказывались выдавать ей кредит. Виктории пришлось заложить свою квартиру, но и этого оказалось недостаточно для получения займа. В результате помог Фонд содействия кредитованию малого бизнеса, который выступил поручителем и на 70% закрыл залоговое обеспечение.

Отстроить школу Виктории активно помогали семьи учеников. Одни родители присылали строительные материалы, другие — рабочие бригады. Были и те, кто тоже брал кредиты под большие проценты и влезал в долги — «только чтобы отстроить школу и дать своим детям хорошее образование». В сумме ремонт обошелся в 200 млн рублей.

***

Школа «Дети мира» (официальное название — Английская школа естественных наук и информационных технологий, English School of Sciences) открыла свои двери в 2017 году. Снаружи здание почти не изменилось, разве что первый этаж теперь выкрашен в фиолетовый цвет, а главный вход обрамляет разноцветная плитка.

Но внутри некогда заброшенная школа выглядит совсем иначе. На первом этаже находятся раздевалка и столовая с длинными деревянными столами и скамейками. Второй этаж занят детским садом и начальной школой. Зелено-розовый коридор пестрит рисунками и фотографиями учеников. На полу черно-белая плитка, превращающаяся на стене в дорожку, по которой идет Алиса в Страну чудес. На третьем этаже чуть меньше ярких красок: здесь учится средняя и старшая школа. Парты стоят не в ряд по направлению к доске, а в форме буквы П или лицом друг к другу. В классах непривычно тихо.

Здесь учатся 80 человек. Это дети из России, Украины, Таджикистана, Саудовской Аравии, Кувейта, Судана, Канады и других стран. В общей сложности больше десяти разных национальностей. Основное требование для поступления — это английский язык (за исключением дошкольного отделения, где знание языка не требуется). На английском ведутся не только уроки — на нем и общаются в течение дня.



ПРОДОЛЖЕНИЕ



В одном из кабинетов школы. Фото: Виктория Одиссонова / «Новая газета»
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Скрепыши

    Размышление о судьбах России в период пандемии, смерти и колдовства. Скрепыши. Фото: Сергей Мостовщиков / «Новая» Многое…

  • «Женщины стонали, дергались, рычали» (18+)

    На жестоком и антинаучном «лечении гомосексуальности» зарабатывают экзорцисты, шарлатаны и медики. Это называется конверсионной…

  • Тем временем шел дождь

    Жан Мораль снял счастье. За полшага до войны он снял смеющуюся девушку в модном плаще и зачарованно смотрящих на ее ноги морячков. Jean…

promo novayagazeta сентябрь 27, 22:29 18
Buy for 1 000 tokens
В Крыму поставили памятник Дзержинскому. Публикуем письма писателя Ивана Шмелева о поисках собственного ребенка в 1920–1921 годах. Писатель Иван Шмелев с женой Ольгой и сыном Сергеем 12 сентября в Симферополе по инициативе ФСБ открыли памятник Феликсу Дзержинскому, главе…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 14 comments

Recent Posts from This Journal

  • Скрепыши

    Размышление о судьбах России в период пандемии, смерти и колдовства. Скрепыши. Фото: Сергей Мостовщиков / «Новая» Многое…

  • «Женщины стонали, дергались, рычали» (18+)

    На жестоком и антинаучном «лечении гомосексуальности» зарабатывают экзорцисты, шарлатаны и медики. Это называется конверсионной…

  • Тем временем шел дождь

    Жан Мораль снял счастье. За полшага до войны он снял смеющуюся девушку в модном плаще и зачарованно смотрящих на ее ноги морячков. Jean…