July 11th, 2020

На 50 метров трезвее

В Петербурге приняли закон о «наливайках». Владельцы маленьких баров, чтобы спасти свои заведения, объединяются в профсоюз.

8 июля городской парламент утвердил в третьем чтении законопроект, запрещающий продажу алкоголя в барах и рюмочных площадью менее 50 кв. м, расположенных в жилых домах. После одобрения у губернатора Беглова новая норма вступит силу с 1 января 2021 года.

Бар «Продукты» в Петербурге. Фото: @fontanka17

Collapse )
Buy for 1 000 tokens
Акция у Соловецкого камня пройдет в этом году в режиме онлайн. 30 октября 1990 года на Лубянской площади, в сквере возле Политехнического музея, усилиями совсем молодого тогда общества «Мемориал» был установлен Соловецкий камень — памятник жертвам политических репрессий в…

Следствие ведут «важняки»

Федеральные телеканалы окончательно превратились в филиалы спецслужб.

Дело Михаила Ефремова передали от бытовика Андрея Малахова «следователю» по особо важным делам Ольге Скабеевой, и теперь чуть ли не каждый эфир она проводит дознание и опрашивает свидетелей и так называемых экспертов, предупреждая, что их показания будут использованы в суде.  Дело Ивана Сафронова, арестованного по подозрению в госизмене, ведет «важняк» Владимир Соловьев. Его задача шире — убедить зрителей, что ФСБ арестовала не журналиста, а агента иностранной разведки, а также показать, кто стоит за кампанией защиты предателя Родины.

Иллюстрация: Петр Саруханов / «Новая газета»


Collapse )

Битва с кумирами

Обезличенная история.

1

Иллюстрация: Петр Саруханов / «Новая»

Первый раз я столкнулся с расизмом в школе на уроке латышского языка. Учебник предлагал адаптированную с неизвестного источника душещипательную историю. Чернокожий безработный привел дочурку в магазин, чтобы на последние деньги купить ей туфли. Первая пара оказалась мала, а вторую не дали примерить, ибо, объяснил бессердечный белый продавец, другие покупатели не станут покупать обувь, которой касалась черная нога. Из текста было не ясно, где происходит действие, но вряд ли в Риге, где тогда еще не было ни одного из попавших туда позже трехсот афролатов. Судьба босой негритянки запала мне в сердце, потому что ее надо было пересказать близко к тексту, не забывая про дифтонги и длинные гласные. Не удивительно, что все кончилось переэкзаменовкой, но, даже готовясь к ней все лето, я не смог узнать, кому пришло в голову обогатить латышскую литературу этим вполне безумным опусом.

Впрочем, он не слишком отличался от всех остальных, которые как советская, так и постсоветская власть свела к одному сюжету: «А у вас негров вешают». Возможно, поэтому мы приехали в Америку с комплексом вины, который короче всего выразил Довлатов.

— Заходя в контору, — написал он, — я с белым охранником здороваюсь, а черному еще и кланяюсь.

Примерно так же в России относились к евреям, когда, заранее извиняясь, боясь обидеть, но не в силах утерпеть, спрашивали: «Простите, вы какой нации будете?»

Collapse )