«НОВАЯ» ЖИВАЯ (novayagazeta) wrote,
«НОВАЯ» ЖИВАЯ
novayagazeta

Categories:

Военно-полевой детектив

Публикуем рапорт доктора, воюющего в ДНР. Помимо кровопролитных боев ополченцы участвуют в междоусобных разборках и разделе российских гуманитарных грузов.

Фото Евгения Фельдмана

В «Новую газету» регулярно поступают материалы о «внутренней кухне» ДНР и ЛНР, подготовленные самими участниками событий. Некоторые из них обращаются к нашим журналистам, находящимся в зоне конфликта, некоторые сами приезжают в Москву во время так называемой ротации. Не каждая информация оказывается достойна внимания, но некоторые сведения мы считаем важными. Как, например, этот попавший к нам рапорт воюющего в ДНР доктора Юрия Евича, написанный им в «МВД» и «МГБ» республики. Евич фигурировал в телесюжетах, публиковался в альманахе «Искусство войны», в интернете его называют героем Новороссии.

Ставя под некоторое сомнение порядок в голове доктора (читайте его переписку с «Новой газетой» ниже), мы все же посчитали необходимым этот рапорт опубликовать — как любопытный документ, характеризующий порядки и нравы в ополчении ДНР.

«Довожу до Вашего сведения, что в подразделении (бригада спецназа, отряд Крота, рота Капы) имеют место следующие нарушения.

1. Бойцы и командиры до замкомроты включительно только один раз за все время службы получали заработную плату. Командование (командир роты Капа) каждый день обещает, что «зарплата сегодня будет, деньги уже есть», однако не далее как вчера заявил: «Денег пока нет даже у Крота, соответственно, зарплаты пока не будет. По этой причине личный состав подразделения массово уходит со службы либо переходит в другие подразделения.

2. Медицинская часть подразделения в полном составе (7 человек, список будет предоставлен позже) не имеет никаких документов либо удостоверений, подтверждающих их принадлежность к Вооруженным Силам либо органам здравоохранения, никогда не составлялось никаких официальных списков, где ее сотрудники учитывались бы, невзирая на то, что часть этих людей несет службу с мая месяца текущего года. Соответственно, никаких выдач з/п, равно как и материальных средств для приобретения лекарственных препаратов либо медицинского оборудования командованием никогда не осуществлялось.

Однако эти факты являются лишь прелюдией к событиям, которые имели место на протяжении последних двух дней.

Днем 27.09.2014 мною, по приказу ротного Капы, был составлен список медработников подразделения с указанием выполняемых ими задач и другой информации — для представления командованию. Вскоре после этого мне позвонила Юлия (телефон <…>) — особа, не имеющая никакой должности в подразделении, но состоящая в близких отношениях с бойцом Японец (телефон <…>). До сего момента контактировал с ней один раз, когда она пыталась в крайне агрессивной форме предъявлять нам с вторым врачом подразделения, Евгением Ивановичем, свои замечания по организации медицинской службы, однако ввиду полного отсутствия у нее каких бы то ни было медицинских знаний и полной абсурдности ее требований не была нами выслушана.

В телефонном разговоре она задавала мне довольно странные вопросы типа: «Вы занимаетесь распределением гуманитарки?» (вероятно вследствие того, что для нее вся врачебная и лечебная работа сводится только к этому), и условилась со мной о встрече вечером.

Вечером я вышел для общения с ней к главному входу, с медсестрой нашего военно-медицинского расчета, с которой мы всегда выезжаем на боевые и осуществляем там обслуживание нашего подразделения, позывной Ангел. Однако присутствовавшая здесь Юля даже не стала с нами разговаривать: вместо нее подошел Японец, который в крайне агрессивном тоне в присутствии рядовых бойцов начал мне грубить, задав следующие вопросы:

— Кто вас назначил начмедом подразделения?

— Начмедом меня назначил командир роты Капа, по факту выполняемой мною при подразделении на протяжении полутора месяцев работы при подразделении.

(Здесь стоит отметить, что устно Капа назначил меня на должность начмеда уже довольно давно, однако никаких документов, подтверждающих это мое назначение, мною до сих пор получено не было.)

— Кто назначал всех этих людей? — он предъявил мне список сотрудников медчасти, составленный мною ранее по распоряжению ротного.

— Их никто не назначал. Они сами уже много месяцев здесь работают по факту, лечат людей, не получая ни копейки за это.

— Вы тут никто, сдайте оружие и покиньте расположение части!


— Оружие вы мне не выдавали, не вам его у меня и отбирать! — ответил я, и мы с Ангелом удалились с места событий. При этом Японец оскорблял нас, в том числе нецензурно. И угрожал физической расправой.

Я немедленно связался с командиром роты Капой и сообщил ему о случившемся. Он приказал, чтобы мы оставались в расположении. Мы обратились к замкомроты Немцу, которому доверяем по опыту совместного участия с ним в боевых действиях, тот удивился странному поведению Японца и заверил нас, что мы под охраной всего подразделения, и также попросил не уходить в другое подразделение. Тем временем Юлия зашла на наш стационарный медицинский пункт и заявила работающему там нашему доктору, Евгению Ивановичу, телефон <…> , что «Юра с Ангелом уже в этом подразделении не служат, они перевелись в другое», и в ультимативной форме предложила ему стать «начмедом подразделения», от чего тот незамедлительно отказался.

Ротный Капа вскоре подошел к нам и дал весьма странное объяснение случившегося: «Обе стороны были неправы, когда начали кричать друг на друга в присутствии рядовых бойцов» и «я все уладил». Список сотрудников медчасти, который подавал ему ранее и который в момент моего разговора с Японцем был у того в руках, уже был вновь у Капы. На мой прямой вопрос: «Кто такой Японец?» он мне с заминкой ответил: «Исполняющий обязанности командира батальона». Нас это очень удивило, так как еще накануне Крот исполнял обязанности комбата и о его смещении с занимаемой должности известий не поступало.

На следующий день были назначены похороны наших погибших накануне бойцов. Крот перед ними подошел к нам и в весьма оскорбительном тоне потребовал снять с нашей машины скорой помощи опознавательные знаки.

После похорон, когда мы везли на своей скорой в госпиталь раненых бойцов, участвовавших в похоронах, мне позвонила Марина (телефон <…>), которая давно занимается вопросами поставки медикаментов и которую пока могу охарактеризовать сугубо положительно. Она мне сообщила, что доставлены отправленные лично на мое имя медикаменты, от организации, с которой давно и плодотворно сотрудничаем — «Гуманитарные войска Спасем Донбасс», и что их сейчас по распоряжению Сан Саныча (начальник тыловой службы нашей бригады) выгружают у его склада.

Мы незамедлительно прибыли на базу и распорядились отнести медикаменты на медицинский склад, к заметному острому неудовольствию присутствовавшего здесь же Сан Саныча.

Медикаментов было достаточно много, порядка кубометра, и они оказались весьма актуальными для текущего лечения личного состава, а следовательно, имеющими коммерческую ценность.

У нас незамедлительно возникло предположение, что вчерашняя попытка изгнать нас из расположения части связана с тем, что вышеупомянутые лица (Сан Саныч, Крот, Капа, Японец, Юлия) знали о скором прибытии медикаментов и стремились избавиться от адресата, которому они были предназначены, чтобы использовать их по своему усмотрению.

Для прояснения сложившейся ситуации мы незамедлительно связались со своими контактами в МВД и МГБ. Нам было сообщено что: «Не существует никакого и.о. комбата Японца, есть боец штрафного подразделения Японец. Вашим вопросом занимаются на самом верху». Далее, в ходе личного общения с бойцами и младшими командирами нашего подразделения была получена информация, что «Японца хотели посадить на место Крота, но что-то не срослось».

Мы полагали, что командование само разберется в происходящем, однако уже утром следующего дня произошли следующие события: мы обнаружили, что наша военная скорая машина медицинской помощи исчезла из расположения части.

Дальнейшими следственными действиями было установлено, что: машина покинула территорию расположения части в 6.44 утра, 29.09.2014. За рулем находился прибывший накануне из России боец с позывным Монгол, человек абсолютно новый в подразделении и не знающий местных особенностей. Накануне он мне хвастался, что «вожу любую технику вплоть до БТР» и вдобавок отправил с моего телефона СМС близким в Россию с текстом: «Эля, все хорошо, сим не купил, телеку не верь». Имеются основания полагать, что он был использован «втемную», впрочем, дальнейший допрос его может прояснить этот вопрос.

При опросе водителя нашей скорой выяснилось, что накануне вечером ротный Капа приказал ему съездить за алкогольными напитками на скорой (что само по себе является странным, ввиду наличия у ротного своей машины) и далее привлек его к участию в распитии этих напитков, при этом водитель обратил внимание на неестественный тон похвал себе со стороны ротного, заподозрил неладное и спрятал ключи от машины в специально помеченную пачку сигарет, каковую и спрятал у себя в нижнем белье. Утром после тщательного обыска эта пачка была обнаружена среди личных вещей Лисы (телефон <…>), бойца, которая находится в личном распоряжении Капы, является воровкой-рецидивистом и была изгнана из Горловки Безлером, по слухам, именно за данное свое пристрастие.

После того, как утром была поднята тревога по поводу отсутствия на территории «скорой», комбат Крот и ротный Капа вызвали к себе водителя и поставили ему задачу срочно и особо секретно ехать в Макеевку и забрать там «скорую». При этом Кротом был указан точный адрес нахождения данной машины.

Водитель наверняка поехал бы туда, но ему почти сразу же позвонила знакомая по совместному участию в боевых действиях снайпер Боня (телефон <…>) и сообщила, что находится в засаде в Макеевке и ей отдан приказ на его, водителя, ликвидацию, когда он приблизится к скорой.

В довершение остается добавить, что сегодня утром, 29.09.2014, непосредственно во время указанных событий, у медсестры Ангел от перенесенного стресса развилось острое нарушение мозгового кровообращения (в просторечии — инсульт) и с этим диагнозом она была срочно госпитализирована в первый военный госпиталь прибывшей оттуда машиной скорой медицинской помощи в моем сопровождении. Во время ее эвакуации Крот громко выражал недовольство наличием машины СМП на территории части, а также нашим отбытием в госпиталь, но воспрепятствовать ему не успел. Таким образом, на основании расчета времени является наглядным, что на момент запланированного прибытия водителя нашей военной скорой медицинской помощи, угнанной ранее, к месту ее нахождения и его запланированного убийства там, мы с ней должны были находиться в расположении части, откуда нас было бы удобно вывезти под видом ареста, однако по чистой случайности этого не произошло.

Наиболее естественным является предположение, что запланированный организаторами событий дальнейший ход событий должен был быть таков: мы пропали без вести (их объяснение — сбежали на карете скорой медицинской помощи, предварительно вывезя все лекарства), водитель, который был в курсе наших «махинаций», убит нами (то есть он застрелен снайпером, но в нашей группировке войск широко известен тот факт, что вторая воинская специальность нашей медсестры — Ангела — снайпер).

Встает вопрос: может ли такая сложная операция быть организованной ради кубометра лекарств? Вероятно, разгадка кроется в том, что теперь медикаменты, которые привозит Марина из Питера по своим каналам для всех подразделений (а не только нашего) складируются на складе Сан Саныча.

Меня в Питере знают лично, со мной общаются, я подтверждаю получение и контролирую целевое использование лекарственных средств, получаемых лично на мое имя для моего подразделения. Однако теперь, находясь в той части, где находится склад, мог выявить нецелевое использование медикаментов для других подразделений (а это гораздо больше, чем направлено на мое имя и мое подразделение) и сообщить об этом факте в Питер.

В завершение всего вышеизложенного мне остается добавить, что машина военной скорой медицинской помощи обнаружена группой разведчиков нашего подразделения и доставлена в расположение нашей части, непосредственно участвовавшие в ее угоне лица задержаны и сейчас дают показания».

Известно, что автору этого рапорта стоило большого риска передать документ в «охранные» ведомства ДНР.

Комментарии

В целом доверяя тому, что изложил врач, мы все же созвонились по указанным в рапорте телефонам с другими участниками событий.

Марина, занимавшаяся «вопросами поставки медикаментов», подтвердила, что в сентябре неоднократно доставляла лекарства Евичу. Она вспомнила тот случай, когда гуманитарку, которую прислали лично доктору, выгружали у склада начальника тыловой службы:

— Такое было в первый раз — чтобы предназначено для одного человека, а мне дали команду разгружать на складе у другого. Я позвонила Юрию Юрьевичу, чтобы он прилетел и забрал груз.

Доктор Евгений Иванович сначала попросил перезвонить, потому что был «занят с пациентами», а во время второго звонка замялся, сказал, что не знает Юрия Юрьевича Евича (хотя мы не называли отчество врача), что мы его с кем-то путаем и вообще он в августе уволился со службы.

Юлия, якобы предъявлявшая Евичу претензии по организации медицинской службы, заявила нам: «Я сделала ему замечание, что он неправильно оформил документы, а он начал орать и оскорблять. Поэтому его и попросили сдать оружие и покинуть расположение части».

Разговорчивая Лиса на наши вопросы отвечала, чередуя нервический смех и междометия.

— Правда ли, что сигаретная пачка, в которой водитель скорой помощи прятал ключи, была позже обнаружена среди ваших личных вещей в результате обыска?

— У меня?! Нет, дело в том, что я там вообще… Я слышала эту историю, но вот это уже, короче, вообще!

— Мы слышали, что Игорь Безлер якобы изгнал вас из Горловки, почему?

— Меня?! Дело в том, что это вообще, короче, бред полный! Да, я была в Горловке, но потом перевелась, потому что Безлер уехал. Я очень расстроилась по этому поводу, потому что он для меня как наставник, я горжусь этим человеком. А если вам интересно что-то про меня написать, то я сейчас в положении, пятый месяц, жду мальчика, но продолжаю бороться за свой город. Пускай будет стыдно тем молодым людям, которые убежали за границу или сидят по общежитиям, что даже девочки пошли воевать. Зайдите на «ВКонтакте», у меня там много фотографий, где я с оружием!

Телефоны Японца и Бони не отвечали.

Не пошел на продуктивный контакт и сам Юрий Евич, у которого мы спросили, был ли дан ход его рапорту в «МВД» и «МГБ» или в Москве, где об этом документе, насколько нам известно, тоже знают. Завязалась обширная переписка, из которой по существу можно выделить только следующий комментарий врача:

«Как человек военный, должен вам пояснить простую вещь: рапорта пишутся для производства следственных мероприятий и служебных выводов, а не чтобы служить материалом к досужим сплетням и дешевым сенсациям. Тем более что ваша газета является (насколько мне известно) махрово-либеральной, а следовательно, «рассказать об этой истории» вы хотите, прежде всего, чтобы опорочить дело борьбы с фашизмом и по возможности облить грязью Россию, а во-вторых, чтобы раздуть шум вокруг материала, кажущегося вам сенсационным. Поскольку моей целью (как и целью любого порядочного человека) является уничтожение фашизма, а не дешевая сенсация, я, разумеется, должен вам ответить: никаких пояснений по поводу заданных вами вопросов дано не будет, а если вы попытаетесь опубликовать у себя хотя бы строчку материалов с попыткой сослаться на какой-то «мой рапорт» — я, разумеется, буду вынужден принять меры вплоть до обращения в судебные инстанции РФ».

Позже, прочитав на сайте «Новой» статью Зинаиды Бурской о том, как гражданские украинские поисковики и дэнээровцы рука об руку раскапывают неопознанные захоронения, Евич добавил: «Решил уточнить — может, я неверно информирован, и ваше СМИ — вполне порядочное, полез в интернет посмотреть. Сразу же наткнулся на вот эту статью… Это же надо: эти проклятые американские марионетки, напичканные дешевой боевой наркотой зомби, пришли сюда, поубивали кучу наших, местных жителей — теперь у них хватает наглости еще и приехать сюда, раскапывать захоронения погибших — а вы, вроде как русские, описываете ситуацию со взглядом «с украинской стороны». Для того, кто един со своим народом, кто понимает его скорбь и разделяет его горе, у кого на руках умирали товарищи, такая ваша позиция — это не просто предательство, это запредельное кощунство и омерзительное, безумное служение Сатане».

На пожелание скорейшего мира Евич ответил, что «мир возможен исключительно после полной и окончательной нашей победы над фашизмом».

Подготовил Никита Гирин
Корреспондент

Subscribe

  • «Полексит» и очередной «особый путь»

    Решение Конституционного трибунала Польши о верховенстве польского права ставит под вопрос членство в Евросоюзе одной из самых еврооптимистичных…

  • Юрия Пересильд

    Вызов Физраствора в «Новую газету». Первые попытки героизации Юлии Пересильд, актрисы, вызванной в космос, чтобы впервые в мире…

  • Срач и ненависть — бесплатно

    В Красноярске ищут выслушивателя мата по специальной линии. Религия и водка, ирония и покорность — так победим. Человеку надо, чтобы…

promo novayagazeta september 27, 22:29 18
Buy for 1 000 tokens
В Крыму поставили памятник Дзержинскому. Публикуем письма писателя Ивана Шмелева о поисках собственного ребенка в 1920–1921 годах. Писатель Иван Шмелев с женой Ольгой и сыном Сергеем 12 сентября в Симферополе по инициативе ФСБ открыли памятник Феликсу Дзержинскому, главе…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 13 comments

  • «Полексит» и очередной «особый путь»

    Решение Конституционного трибунала Польши о верховенстве польского права ставит под вопрос членство в Евросоюзе одной из самых еврооптимистичных…

  • Юрия Пересильд

    Вызов Физраствора в «Новую газету». Первые попытки героизации Юлии Пересильд, актрисы, вызванной в космос, чтобы впервые в мире…

  • Срач и ненависть — бесплатно

    В Красноярске ищут выслушивателя мата по специальной линии. Религия и водка, ирония и покорность — так победим. Человеку надо, чтобы…